NOMAD (Номад) - новости Казахстана




КАЗАХСТАН: Самрук | Нурбанкгейт | Аблязовгейт | правительство Сагинтаева | Казахстан-2050 | RSS | кадровые перестановки | дни рождения | бестселлеры | Каталог сайтов Казахстана | Реклама на Номаде | аналитика | политика и общество | экономика | оборона и безопасность | семья | экология и здоровье | творчество | юмор | интервью | скандалы | сенсации | криминал и коррупция | культура и спорт | история | календарь | наука и техника | американский империализм | трагедии и ЧП | акционеры | праздники | опросы | анекдоты | архив сайта | Фото Казахстан-2050









Опросы:

Кто человек №2 в Казахстане (ноябрь 2018)
Кто человек №2 в Казахстане (октябрь 2018)








Поиск  
Суббота 15.12.2018 02:43 ast
23:43 msk

Петр Машеров. Эпоха и судьба. К 100-летию дня рождения.
В книге сошлись два юбилея – 100-летие самого Машерова, который родился в феврале 1918 года, и столь же большая дата в истории комсомола. Книга и посвящается "ветеранам Ленинского комсомола, верным сынам и дочерям Родины, в год столетия организации"
01.08.2018 / история

"Литературная газета", 31 июля

В книге сошлись два юбилея – 100-летие самого Машерова, который родился в феврале 1918 года, и столь же большая дата в истории комсомола. Книга и посвящается "ветеранам Ленинского комсомола, верным сынам и дочерям Родины, в год столетия организации".
Петр родился в многодетной крестьянской семье. Как и многие, благодаря новой власти и своим способностям окончил школу, а в 1939 году физмат Витебского педагогического института, до войны работал учителем математики и физики в средней школе в Россонах Витебской области.
На фронт ушел добровольцем, попал в окружение, в плен, но в августе 1941 года совершил побег. Под кличкой Дубняк – один из организаторов и руководителей партизанского движения в Белоруссии. В августе 1941 года организовал подполье в Россонах. С марта 1943-го – комиссар партизанской бригады имени К. Рокоссовского, первый секретарь Вилейского подпольного обкома ЛКСМ Белоруссии. В 1944 году удостоен звания Героя Советского Союза – один из немногих в таком молодом возрасте.
А потом – десятилетия работы во главе Белоруссии, которая превратилась при нем в процветающую республику. Об этих годах, о великом организаторе и светлом человеке вспоминают в книге его соратники и друзья.

---

"Да святится имя твое..."Отрывки из книги "Петр Машеров. Эпоха и судьба"
Иван Антонович

Многие в Беларуси и в европейской части СССР хранят недобрую память об осени 1980 г. Непрерывные дожди мешали собрать зерновые, вымокала картошка, невысок был урожай в садах. Ожидалась нелегкая зима, в стране не хватало зерна. Из Москвы по столицам союзных республик шли распоряжения увеличить объемы госпоставок в общесоюзный фонд. Выполнить эти распоряжения было очень трудно: урожаи были низкие, погодные условия неблагоприятные, общество одолевали негативные настроения.
В эту тяжелую осень особенно запомнилось страшное 4 октября. Где-то к середине дня зазвонил телефон правительственной связи, мне показалось, как-то чрезвычайно резко и тревожно. Я снял трубку. На другом конце провода первый секретарь Минского горкома партии Г.Г. Барташевич без обиняков, не поздоровавшись, сказал глухим голосом: "На Московском шоссе в районе Смолевич в автомобильную аварию попал Петр Миронович Машеров". И тут же повесил трубку. Новость потрясла меня.
Я позвонил управделами ЦК КПБ В.И. Ливенцеву и спросил, правда ли это. Он ответил, что правда, и на мой вопрос, а какое у него состояние, ответил: "Тяжелейшее, – и чуть-чуть позже, – его больше нет с нами".
Сказать, что это вызвало шок, значит, не сказать ничего. Всякая неожиданная и трагическая смерть переворачивает душу, а здесь шла речь о гибели первого секретаря ЦК Компартии Беларуси П.М. Машерова, активного участника Великой Отечественной войны, Героя Советского Союза, возглавлявшего республику в течение 15 лет! Я машинально поднялся, не зная, что делать, что сказать, куда кинуться.
Потом пошел на пятый этаж, в кабинет секретаря ЦК А.Т. Кузьмина. Там уже были другие заведующие отделами идеологического профиля: науки и учебных заведений, пропаганды и агитации, международных отношений. Кузьмин связался с секретарем ЦК КПСС М.В. Зимяниным и сообщил ему трагическую новость. В ответ, судя по тому, как менялся цвет лица секретаря ЦК, пошла отборная мужская брань, адресованная и руководству республики, и всем белорусам за то, что "недоглядели, пропустили, прошляпили". Бранить было за что.
По должности заведующего отделом культуры мне предстояла тяжкая задача – организовать снятие маски с покойного. Я поручил это сделать народному художнику БССР, выдающемуся скульптору А. Аникейчику. Мы приехали в лечкомиссию, зашли в помещение, где лежал Машеров. Потрясло выражение муки, застывшее на его лице. Потом один знакомый невропатолог рассказывал, что это означало, что в момент наступления смерти покойный все-таки успел почувствовать страшную боль. Увидев это, Аникейчик затрясся в рыданиях и долго не мог собраться, чтобы выполнить тяжелую и скорбную работу.
Позже ему было поручено создать надгробие на могиле Машерова. Он старался быть максимально верным образу, ваял лицо Петра Мироновича на основании посмертной маски, но, сколько ни бился, не смог убрать выражение боли.
Сегодня можно видеть этот памятник на Восточном кладбище (кстати, единственный пока в столице) города Минска. Выражение скорби на лице памятника – своеобразное послание потомкам: здесь и сожаление, что оставил республику, не закончив свою работу, и, как мне кажется, озабоченное предчувствие грядущих испытаний.
* * *
Я имел с ним (бывшим секретарем ЦК КПСС М.В. Зимяниным, на момент бесед с Антоновичем в Москве уже пенсионером. – Ред.) много бесед доверительного характера, о которых еще, пожалуй, не время говорить. Но одна из них особенно запомнилась. Он полагал, хотя тоже не до конца был уверен в этом, что у Политбюро ЦК КПСС появилось намерение перевести Машерова в Москву после XXIV съезда ЦК КПСС на должность секретаря ЦК и члена Политбюро ЦК КПСС, отвечающего за идеологию.
В ходе дискуссии на XXIV съезде в речь Петра Мироновича был включен пассаж с критикой платформы "еврокоммунизма", только обозначавшейся тогда в странах Западной Европы – Франции, Италии, Бельгии. Запомнилась и была обильно процитирована в европейской печати фраза Машерова: "Мы не допустим, чтобы идеи коммунизма были растащены по национальным квартирам". Цитирую по памяти, слова могли быть произнесены и несколько иные, но смысл тот. Михаил Зимянин говорил тогда, что Генеральный секретарь ЦК Французской компартии Ж. Марше устроил демарш по поводу такой оценки и вроде хотел немедленно отбыть домой, его с трудом удалось уговорить остаться на съезде.
Следует отметить, что оценки подобного рода на высшем форуме КПСС, каким являлся съезд, не возникали случайно. Обычно в Политбюро ЦК КПСС всесторонне обсуждали важнейшие идеи относительно международного положения, которые потом "рассылались" по выступлениям членов руководства партии, и они звучали как бы случайно, по личной инициативе. Такая форма тщательного продумывания внешнеполитических и других новационных инициатив – давно известный метод действия серьезных правительств, руководящих политических сил. Если это было так (а у меня эта информация со слов человека, у которого ее уже нельзя проверить, потому что Зимянин давно умер), то понятно, что назначить тогда Машерова на высокую партийную должность в Москве было трудно. Ибо это выглядело бы как свое­образный вызов, афронт стратегам еврокоммунизма, а это никак не входило в планы партийного руководства Советского Союза.
В мемуарах, опубликованных в Беларуси, встречается немало противоречивой информации, свидетельствующей о том, что якобы Машеров стремился в Москву, что ему было "тесно" в рамках относительно небольшой советской республики числом в 10 миллионов человек. Но недоверие к нему в Москве стало преградой. Мои беседы с Машеровым начисто опровергали этот ложный тезис.
Петр Миронович любил Беларусь беззаветной любовью, великолепно знал положение дел в самых отдаленных регионах, деятелей науки и культуры республики (во время заседаний Бюро ЦК КПБ он неожиданно мог перечислить десятки лиц – секретарей районных и областных комитетов партии, руководителей облисполкомов, директоров крупных предприятий – и ни разу не ошибался, называя каждого из них по имени-отчеству, а в случае необходимости приводя детальные деловые и личностные характеристики этих людей). Большая часть из них были назначены на партийные и государственные посты в республике так или иначе с его одобрения.
При всех, хотя и редких, критических воспоминаниях не приводится ни одного случая, когда Машеров руководствовался бы при назначении на высокие должности какими-то иными соображениями, кроме интересов дела, личной компетентности, преданности идеям социализма. Для него эти критерии были главными на протяжении всей его жизни. А если учесть, что всю эту жизнь Петр Миронович провел в Беларуси, то у него была мощная информационная и интеллектуальная база, позволявшая избежать крупных кадровых ошибок. Если они и были, то исправлялись достаточно быстро. Он не терпел халатного отношения к работе, был беспощаден к порокам, резко осуждал пьянство и другие аморальные непотребности.
* * *
Машеров был одет скромно, на руке носил часы "Полет". Те самые, о которых много было спекуляций во время приключенческого сериала о его гибели, поставленного на Первом канале российского телевидения Каневским.
Беседа со мной, будущим лектором, продолжалась четыре часа. Машеров откровенно и искренне рассказал о положении дел в республике, добавив в конце потрясшую меня фразу, глядя мне прямо в глаза: "Не думай, что у нас все хорошо. Многое надо исправить". Но главный его акцент был на том, что идеологический аппарат ЦК должен быть укомплектован молодыми работниками, способными творчески осмысливать действительность, доносить ярко и доходчиво идеи партии до широких масс народа, работать горячо и усердно на будущее республики.
Тонкая, блестящая, аргументированная беседа (строго говоря, это была не беседа, а яркий монолог одного лица) во многом смягчила мое разочарование относительно невысокой должности. А когда я потом обнаружил, что по поручению Петра Мироновича мне была предоставлена возможность преподавания в БГУ на полставки на кафедре философии, с тем чтобы мог набрать необходимый стаж для получения звания профессора, я понял, что он позаботился обо всем.
Началась интенсивная лекционная деятельность. Я много выступал в трудовых коллективах, в высших учебных заведениях Минска, ездил по республике, рассказывая о современном капитализме. Лекции пользовались определенной популярностью. Мне было предложено сделать серию выступлений по телевидению. И уже тогда я понял, какая сложная работа выпала на мою долю. "Говорящая голова" на ТВ легко узнавалась в троллейбусах, автобусах, и постоянно на тебя выходили твои единомышленники, которые, особенно в состоянии подпития, были чрезвычайно эмоциональными. Или твои противники, которые даже и без подпития выражали свое неприятие весьма интенсивным образом…
Неожиданным в этой работе было то, что Машеров внимательно следил за мной и, как потом оказалось, в Бюро ЦК довольно подробно и весьма похвально отзывался о моих лекциях.
Через два года случилось неожиданное: по каким-то весьма неблагоприятным причинам "сгорел" на должности Постоянного представителя БССР в ЮНЕСКО в Париже В. Анищук. Моя кандидатура рассматривалась в качестве замены. Меня пригласил второй секретарь ЦК А.Н. Аксенов и устроил головомойку: "Чего ты туда прешься? – буквально было сказано мне. – Ты что, не видел, что к тебе присматривались? Ты что, едешь туда за очередным новым костюмом, а вернешься оттуда с отвисшей губой, будешь критиковать нашу работу здесь, в республике?"
Я недоуменно оправдывался, ибо инициатива исходила явно не от меня, но обычно сдержанный Александр Никифорович выдал мне по полной. После чего повел к Машерову, и тот сказал буквально следующее: "Это форс-мажорная ситуация, мы тебя быстро вернем, но поезжай и поработай". Я и поехал.
Когда я приехал в первый отпуск летом через год, естественно, зашел к секретарю ЦК Кузьмину, курировавшему международные отношения. А тот после беседы предложил сходить к Аксенову, который вел себя на этот раз совсем по-другому – долго и внимательно разговаривал со мной. Я ему рассказал про ситуацию во Франции, про состояние дел во Французской компартии и многое из того, что я уже тогда знал о состоянии капитализма. Аксенов на прощание пожал мне руку и бросил фразу, которой я не придал значения: "Это очень хорошо, что вы ко мне зашли".
Только переступил порог квартиры, и вдруг звонок, опять из ЦК – меня зовут к Аксенову. Прихожу, а он говорит, что "тебя хочет видеть Машеров", и повел меня по этажу в его кабинет. Петр Миронович посмотрел внимательно, улыбнулся и сказал: "Сроки пребывания несколько сократились. Мы хотим рекомендовать вас на должность секретаря Минского горкома партии по идеологии".
Предложение было неожиданным, ведь у меня не было послужного списка работы в комсомольских и партийных органах, всю жизнь я был человеком академического профиля. Машеров сказал, что "я же тебе говорил, что мы тебя вернем, и мы вернули".
Естественно, в этих условиях даже мысли не было о том, чтобы отказаться "в пользу Парижа". Я согласился. Вернулся домой, был очень рад, что жена и дочь отнеслись к этому с пониманием, и отправился обратно в Париж уже сдавать дела, будучи секретарем Минского горкома партии.
Приехал в Минск ранним утром 7 ноября 1977 г., когда вся страна праздновала 60-летие Великой Октябрьской социалистической революции. Буквально с поезда меня посадили в президиум торжественного заседания, и в первый день я явился домой с новой работы в час ночи.
Только тогда моя семья и я поняли, в чем специфика этой работы: по большей части ты не принадлежишь уже себе, а только делу, и дело, которому служишь, не терпит отлагательств и поднимает тебя ночью, днем, в отпуске, за рубежом. Эта постоянная мобилизация, нацеленность на конкретные дела дала мне колоссальную жизненную школу, которая сослужила свою службу и в последующие времена, особенно в трагический период распада советской государственности.
* * *
Мне казалось, именно тогда я понял тонкую, ранимую и целеустремленную душу Машерова. Петр Миронович был коммунистом в полном смысле этого слова, преданным главной задаче социализма – строительству общества социальной справедливости и равноправия. Он был реалистом и понимал, как нелегко решать эту задачу в условиях страны, серьезно истощенной Гражданской и Великой Отечественной войнами, страны огромной по масштабам, неисчерпаемой по ресурсам, но условием развития которой было освоение далеких, труднодоступных регионов, без ресурсной поддержки которых полноценное развитие становилось невозможным.
Машеров… "душой" тонко чувствовал настроения общества и умел адекватно реагировать. Он был единственным из секретарей ЦК компартий союзных республик, который преодолел бюрократические рогатки и построил художникам в БССР специальный дом, где каждый более или менее известный художник получил мастерскую даром, бесплатно, именно как мастерскую, с окнами на северный свет – это очень важно в художественном творчестве. Мастерские распределялись с адекватным учетом реального вклада художника в живопись. При этом не вставали вопросы политической и иной неблагонадежности. Он построил прекрасный дом для Союза писателей Белоруссии, дал добро на открытие новых театров, музеев и т.д.
Петр Миронович живо интересовался реальностями культуры, его легко было "увести" и на четырехчасовую премьеру оперы "Дон Карлос" Верди в Оперный театр, и на спорный спектакль "Что тот солдат, что этот" Б. Брехта в Русском театре, и на концерт мастеров искусств…
Иногда уезжал с лицом, темным от усталости, но оживлялся в дискуссии. Ни разу не слышал резкого слова, сказанного им в адрес работников культуры, которые потом обсуждали с ним спектакль, художественное или музыкальное произведение, зато я всегда получал дополнительные поручения. В перерыве спектакля "Дон Карлос" в Оперном театре он позвал к себе министра культуры Михневича и сказал: "Вы просите присвоить звание народного артиста СССР главному дирижеру театра Вощаку".
Мы уже сделали это предложение, но оно очень плохо шло в Москве ввиду определенных сложностей биографии Вощака. Машеров это великолепно знал, но он видел, с каким напряжением слушали его тут же оказавшиеся рядом деятели искусства, и задал нам вопрос: "Скажите, – продолжал Петр Миронович, – к кому я должен обратиться?"
Прошло два-три месяца – вышло постановление Президиума Верховного Совета СССР о присвоении Вощуку почетного звания народного артиста СССР...
Очень интересна ситуация с "Песнярами". Растущая их популярность не знала границ. Но в ансамбле, как и во всяком коллективе молодых людей, проводящих значительную часть своего времени в поездках, командировках и прочее, было немало проблем. Творческая эволюция Владимира Мулявина направляла его в сторону от обработки белорусского народного мелоса в современную мелодическую структуру к новым поискам, которые шли нелегко и не так хорошо воспринимались зрителем. Назревал творческий кризис и у него лично, вызванный главным образом тогдашними семейными проблемами.
Машерова, несмотря на всю его занятость, пригласили на юбилейный концерт ансамб­ля "Песняры". И он приехал во Дворец спорта со всем высшим руководством республики. Художественный коллектив включил в программу свои лучшие произведения той эпохи и выдал двухчасовую программу без перерыва, закончив знаменитой "Александриной". Петр Миронович был в восторге, позвал меня и сказал:
– Мулявин давно заслужил звание народного артиста Беларуси, а другие, в том числе и эти двое, – назвал фамилии (к сожалению, я их уже и припомнить-то не могу), – заслуженных артистов республики.

"ЛГ"-досье
Антонóвич Иван Иванович
родился в 1937 году в Брестской области, доктор философских наук, заслуженный деятель науки Республики Беларусь, Чрезвычайный и Полномочный Посол. Окончил Минский институт иностранных языков, аспирантуру Института философии и права АН БССР. Работал в научно-исследовательских учреждениях, на государственной и партийной работе, был министром иностранных дел Республики Беларусь. Автор 18 монографий, более чем 200 статей по проблемам социальной истории капитализма, геополитическим процессам. Живет в Москве.


Поиск  
Версия для печати
Обсуждение статьи

Еще по теме
Пинком – в цивилизацию. Стоит ли сожалеть об уходе казахов от кочевой жизни? 29.08.2018
Восточно-тюркские и другие иностранные легионы СС, которые воевали за Гитлера 28.08.2018
Рационализация 27.08.2018
Как Золотая Орда управляла Русью 27.08.2018
Величайший монгол: полководец Субэдэй 24.08.2018
Поскреби русского – найдешь татарина: ДНК подтверждает? 24.08.2018
Как 1500 казаков взяли штурмом Улан-Батор, который обороняли 10 000 китайцев 24.08.2018
"Хлопковое дело": что стало с главой Узбекской ССР Шарафом Рашидовым 23.08.2018
Древние тюрки: в кого они верили до принятия ислама 22.08.2018
Почему Аркадий Гайдар убил деда Амана Тулеева 22.08.2018

Новости ЦентрАзии
Дни рождения
в Казахстане:
15.12.18 Суббота
93. КШИБЕКОВ Досмухамед
87. АБИШЕВ Кажимурат
80. УРАЗАЕВ Файзулла
71. НЫГМЕТ Кенжебай
71. НЫСАНГАЛИЕВ Амангали
71. САРСЕМБАЕВ Марат
70. МИРАЗОВА Аякуль
69. ИЗТЕЛЕУОВ Бейсембай
68. ЕСИМОВ Ахметжан
67. АТАНИЯЗОВ Сулейман
67. ТУРИСБЕКОВ Заутбек
63. АГМАНОВ Адильхан
63. РАДОСТОВЕЦ Николай
63. ТАКЕШЕВ Аманжан
62. КЫДЫРГОЖАЕВ Наурызбай
...>>>
16.12.18 Воскресенье
89. ТУЛЕГЕНОВА Бибигуль
74. КИСТАУОВ Гани
71. МЕНЛИБАЕВ Абу
70. НАЗАРБАЕВА Светлана
69. БЕКТУРОВ Габбас
64. ЕРГАЛИЕВ Бахытбек
64. СЕЙДУАЛИЕВ Вахит
62. АБДИЕВ Кали
62. СЕИЛХАН Дария
59. ДАМИТОВ Кадыржан
59. ЖОЛУМБЕТОВ Оралбек
59. САБИЕВ Сансызбай
57. ЖУБАНАЗАРОВ Ахмет
52. ЕЛЖАСОВ Аблай
46. МАНЬКО Татьяна
...>>>
17.12.18 Понедельник
87. ЭНГОЛИ Виталий
77. ШАРДАРБЕКОВ Шарипбек
73. АМЕРХАНОВА Жибек
69. САПАНОВ Серик
65. ОТАРОВ Кадырхан
64. ЗАКИРЬЯНОВ Кайрат
60. БЕКТАСОВ Абен
58. БУГАЕВ Виктор
56. АУБАКИРОВ Дуйсенбек
55. ТАЙШАНОВ Талгат
53. АХАНЗАРИПОВ Нурлан
52. АГИМБАЕВ Еркебулан
52. СТАМБЕКОВ Ерлан
49. КУЛЬМУРЗАЕВА Гульзия
43. ЙОВОВИЧ Мила
...>>>


Каталог сайтов
Казахстана:
Ак Орда
Казахтелеком
Казинформ
Казкоммерцбанк
КазМунайГаз
Кто есть кто в Казахстане
Самрук-Казына
Tengrinews
ЦентрАзия

в каталог >>>





Copyright © Nomad
Рейтинг@Mail.ru
zero.kz