Марина ПАРХОМЕНКО, "Казахстанская правда", 12 октября

Сегодня в столице открылся III съезд работников образования и науки. Проходит он, пожалуй, в самое напряженное время - идет реформирование системы образования. В адрес образовательного ведомства и редакции нашей газеты поступает много вопросов, волнующих учителей, родителей, общественность. На некоторые из них министр образования и науки Жаксыбек КУЛЕКЕЕВ ответил накануне форума.

- Жаксыбек Абдрахметович, родители готовы нести ответственность вместе с государством за дошкольное образование детей, но мест в детсадах катастрофически не хватает. Как эту ситуацию изменить?

- Нужно исходить из реалий сегодняшнего дня: раньше было около 9 000 садов, а сейчас осталось только 1 156. Восстановить все невозможно, построить столько за бюджетные деньги - тоже. В программе развития образования четко обозначено, что государство несет ответственность перед многодетными малообеспеченными семьями. Для этого планируется построить порядка 164 детсадов на 23 тысячи мест, создать мини-центры на 20 тысяч мест. С учетом существующей сети мы охватим примерно 35 процентов детей, нуждающихся в поддержке. Помимо этого необходимо привлекать частный сектор для участия в организации воспитания дошколят. Крупные компании стали открывать ведомственные сады. Возможно, мы внесем в законодательство изменения, чтобы позволить отдельным семьям, где есть соответствующие условия, квалификация, заниматься воспитанием на дому.

- Предшкольная подготовка, особенно на селе, просто необходима. Но ведь детям нужно создавать условия для занятий, игр, отдыха, а зачастую, кроме бумаги, ручек и карандашей, в распоряжении предшколы ничего нет.

- Первоначально предшколу воспринимали как продолжение садика - дети учились, играли, положенное время спали. Мы сейчас отходим от того, чтобы в садах занимались по 8 часов, а в предшколах тем более. Совершенно очевидно, что те, кто посещает ее, лучше успевают в школе, но необходимо обновить содержание этой программы. Нужно дать равные предстартовые возможности для всех ребятишек, поэтому желательно охватить подготовкой 80-90 процентов детей.

- Введение двенадцатилетки с 2008 года потребует увеличения числа педагогов, которых и сейчас не хватает. Какой выход будет найден?

- Потребуется дополнительно 28 тысяч учителей. Вузы ежегодно выпускают до 14 тысяч педагогов, правда, не все из них идут в школы. Увеличиваем на 5 тысяч грантов госзаказ на подготовку специалистов. Но только этими мерами проблему не решить. Надо переподготовить работающих учителей, для этого в бюджете на ближайшие годы предусматриваются расходы на укрепление и расширение институтов повышения квалификации. Каждый год порядка 30 тысяч педагогов будут проходить в них обучение. На это потребуется лет десять, а ждать мы не можем, поэтому нужно искать другие формы повышения квалификации.

- Можно использовать Интернет, но около 80 процентов учителей не умеют пользоваться компьютером, да и далеко не все школы к его сети не подключены.

- Будем ликвидировать компьютерную безграмотность. Я подписал соответствующий приказ, чтобы все педагоги проходили обучение. В этом году стоит задача подключить к Интернету 50 процентов школ, в следующем - 75. Имея такую разветвленную сеть, мы могли бы организовать дистанционное обучение для учителей.

- Один из способов увеличить преподавательскую армию - повысить престиж профессии. Как вы считаете, нужен ли специальный закон о статусе учителя, который предлагают принять педагоги?

- В этом году во всех регионах учителям давали ключи от квартир, различные гранты; уговаривать акимов, чтобы они выделяли средства на помощь, не приходится. А министерство свою политику отразило в программе развития. Изучили мировой опыт, нигде нет закона о статусе учителя. Что такое статус? Это улучшение материального положения, но государство и без отдельного закона занимается этим. За последние два года зарплата учителей в среднем повысилась на 40 процентов. Сельские учителя хотели бы получать землю, квартиры - эти вопросы в рамках бюджетного процесса так или иначе решаются. В стране разворачивается программа жилищного строительства, безусловно, будем обсуждать вопрос предоставления льгот для работников бюджетной сферы. Сегодня педагог на селе получает зарплату на 25 процентов больше, чем городской, потому что ему нужно покупать уголь, дрова. Может быть, эта надбавка небольшая, но мы должны всегда исходить из возможностей нашей экономики.

- На одной из коллегий министерства вы сказали, что следует готовить смену учителям пенсионного возраста. Многие из них восприняли эти слова с обидой: "Неужели наш опыт никому не нужен и нам придется уйти?".

- В школах работает около 4 тысяч пенсионеров, более 20 тысяч учителей предпенсионного возраста, и придет время, когда их должен будет кто-то заменить. Во внутренние дела школ я, как министр, не вмешиваюсь. Каждый директор самостоятельно принимает на работу или увольняет с нее. Задача министерства - подготовить следующее поколение педагогов, и надо учитывать, что специалисты готовятся не один год. От хорошего учителя никто никогда не избавится. На днях по телевидению я видел сюжет о восьмидесятилетней учительнице, которая и сейчас работает в школе, все гордятся ею, и я тоже.

- Сегодня страна испытывает острый дефицит квалифицированных рабочих...

- Понимаю ваш вопрос. Я получил письмо от руководителя строительной компании "Базис А", он хотел бы принять 800 рабочих и просит, чтобы я помог ему в подборе. Не хватает каменщиков, бетонщиков, плотников, сварщиков... Беда в том, что примерно в два раза сократилась подготовка рабочих. Обучение в ПТШ государству обходится дороже, чем в общеобразовательных школах, но от их проблем отстраняться не надо. Только за счет бюджетных денег эти учебные заведения не поднять, поэтому надо укреплять социальное партнерство.

В налоговом законодательстве предусмотрены все необходимые изменения, чтобы создать систему мотивации для участия частного сектора в финансировании ПТШ. Многих рабочих можно обучить в течение трех-четырех месяцев. Любой мастер мог бы организовать краткосрочные курсы, поэтому в рамках программы решено присвоение квалификации отделить от обучения в профшколах, для чего намерены создать центр подтверждения и присвоения квалификации, где оценивать умения будут сами работодатели.

Стремительно растет число колледжей, потому что они работают в рынке, и 80 процентов студентов обучаются в них платно. Неувязка в том, что колледжи относятся к системе среднего образования, а оно по Конституции бесплатное. Получается, обучая в колледжах на платной основе девятиклассников, мы нарушаем Основной закон. Нужно поднять эти учебные заведения на послесредний уровень, а значит, вести прием только на базе среднего образования. Если мы программу колледжей максимально приблизим к вузовской, студенты после их окончания могли бы продолжить обучение в вузах с третьего курса, что обойдется дешевле.

- Ежегодно повышается плата за обучение в вузах, семейные бюджеты большинства родителей трещат по швам. Что делать, ведь образование будет дорожать и дальше?

- Стоимость обучения каждый год индексируется на величину роста инфляции, примерно на 10 процентов в среднем. Среднегодовая стоимость сейчас составляет примерно 850 долларов. Учителям мы повышаем зарплату, а преподавателям нет. Доцент получает примерно 18-20 тысяч тенге, средняя зарплата профессоров меньше 30 тысяч, а сколько времени люди трудятся, чтобы достичь такого положения? Вузы получают деньги только вместе со студентами, и если стоимость обучения останется на уровне 850 долларов, разве наши доценты и профессора будут в таких вузах работать? Рано или поздно мы будем увеличивать стоимость. Но я бы хотел сохранить доступность высшего образования. Считаю, что 25 тысяч ежегодно предоставлямых грантов и кредитов недостаточно, но других источников финансирования нет.

Обговаривая в Правительстве этот вопрос, мы пришли к пониманию (правда, требуется дальнейшее обсуждение): все, что дается из бюджета, надо назвать грантами. Не надо выдавать кредиты из бюджета и ждать, когда через 15 лет молодые люди начнут их возвращать, тем более что на администрирование кредитов мы тратим огромные деньги, их надо в течение 15 лет отслеживать и, возможно, нести судебные затраты. Остальным желающим учиться в вузах необходимо предложить альтернативный источник финансирования затрат.

Механизм, на мой взгляд, должен быть таким: сегодня в частном секторе появляются свободные финансовые ресурсы, и при создании определенных механизмов мы могли бы часть этих денег перераспределить в пользу получения высшего образования. Банки напрямую кредиты не дают - следить за ними хлопотно и сложно. В других странах в таких случаях поступают так: создают с участием государства институты, которые занимают у частного сектора деньги и выдают в виде кредитов. Этот вариант может стать альтернативным источником. Пока мы не создадим такой инструмент, речи о резком повышении платы не должно быть.