NOMAD (Номад) - новости Казахстана




КАЗАХСТАН: Самрук | Нурбанкгейт | Аблязовгейт | Январская трагедия | правительство Смаилова | Казахстан-2050 | RSS | кадровые перестановки | дни рождения | бестселлеры | Каталог сайтов Казахстана | Реклама на Номаде | аналитика | политика и общество | экономика | оборона и безопасность | семья | экология и здоровье | творчество | юмор | интервью | скандалы | сенсации | криминал и коррупция | культура и спорт | история | календарь | наука и техника | американский империализм | трагедии и ЧП | акционеры | праздники | опросы | анекдоты | архив сайта | Фото Казахстан-2050















Поиск  
Понедельник 15.08.2022 10:22 ast
07:22 msk

Научный центр спецобразования: мы не ставим диагнозы, а помогаем особенным детям развиваться
Созданный в октябре 1992 году Национальный научно-практический центр развития специального и инклюзивного образования за свою историю пережил несколько переименований. Но не менял самого главного – цели помогать особенным детям Казахстана получать полноценные навыки жизни, образование и способность к самостоятельности
05.07.2022 / интервью

Алина Искендирова, turanpress.kz, 4 июля

Созданный в октябре 1992 году Национальный научно-практический центр развития специального и инклюзивного образования за свою историю пережил несколько переименований. Но не менял самого главного – цели помогать особенным детям Казахстана получать полноценные навыки жизни, образование и способность к самостоятельности. В этом здании всегда кипит жизнь: пока ученые-методисты придумывают новые технологии работы с воспитанниками спецучреждений, педагоги-психологи апробируют инновации своих коллег на практике. И особенные дети, в которых часто не верят собственные родители, показывают волшебные успехи и раскрывают таланты. Директор Центра Айгерим Кудеринова рассказала о том, каким был 30-летний путь Центра и его воспитанников к блестящим результатам.
– Центр уникальный, потому что его статус национального научно-практического предполагает сочетание науки, практики и методологии, – говорит Айгерим Мерекеевна. – Основная наша задача – исследования в области специального и инклюзивного образования, выработка методологии, разработка методических рекомендаций для педагогов. Для специальных детских садов и школ мы разрабатываем специальные учебные программы по каждому виду нарушений в развитии.
Сейчас в Казахстане 99 спецшкол, где обучаются более 15 тысяч детей с ограниченными возможностями – по слуху, зрению, нарушениям речи, интеллекта.
– В октябре Центру исполнится 30 лет. С каким багажом инноваций вы встретите юбилей?
– Именно наш центр является основателем системы специального образования в Казахстане. Наши специалисты-ученые разработали модели новых типов специальных организаций образования, которые призваны помогать детям с ограниченными возможностями. Это кабинеты психолого-педагогической коррекции, реабилитационные центры в системе образования и наши постоянно действующие психолого-медико-педагогические консультации (ПМПК), которые для удобства казахстанцев работают постоянно. То есть если родители заметили у ребенка какие-либо проблемы в развитии, они могут прийти в ПМПК и проконсультироваться по любым вопросам.
Новые виды организаций спецобразования были апробированы и как состоявшаяся модель включены в закон о медико-социальной коррекционной поддержке детей с ограниченными возможностями. Закон принят в 2002 году. С тех пор количество специальных организаций только растет. Постоянно по республике действуют 87 ПМПК.
По закону ПМПК открывается на 60 тысяч детского населения, но по поручению главы государства в закон внесли изменения, и в скором времени консультации будут рассчитаны уже на 50 тысяч детей в регионе. Конечно, мы стремимся к мировым показателям. Например, в прибалтийских странах 1 ПМПК работает на 30 тысяч детского населения.
Ну и совсем новый вид помощи детям, отстающим в развитии, который мы апробировали и успешно внедрили в практику, это кабинеты психолого-педагогической коррекции.
– В чем разница с ПМПК?
– Условно, в семье родился ребенок с синдромом Дауна. Лекарствами его вылечить невозможно, но если с ним как можно раньше начать заниматься, можно компенсировать многие нарушения, которыми сопровождается заболевание. Ребенок сможет учиться в школе и развиваться. Но часто бывает так, что страшный диагноз для родителей становится трагедией, мама с ребенком закрывается дома, пытается как-то самостоятельно заниматься, а куда пойти – не знает.
Или, допустим, у ребенка просто задержка речевого развития. До школы-то ему нужно помочь, и делать это должны специалисты – психологи, логопеды.
– А кто ставит диагноз, если родители вдруг заметили, что ребенок как-то странно развивается? Условно, семья сразу приходит к вам, а не обращается к медикам. Какие действия предпринимают ваши специалисты после консультации?
– Первичное обращение именно к нам часто и бывает. Но сразу нужно разобраться в том, что мы – система образования, поэтому медицинские диагнозы не ставим.
Если у ребенка задержка психического развития, которую выявила наша система, то она почти всегда является следствием другого заболевания. Поэтому когда родители видят у ребенка аномалии в развитии, и они приходят к нам на консультацию, наши педагоги, психологи, психиатры, неврологи, а они есть в составе комиссий, не ставят никаких диагнозов, а оценивают состояние ребенка и подбирают под его потребности конкретный набор инструментов для помощи. И параллельно могут рекомендовать родителям обратиться в медучреждение для установления медицинского диагноза.
– Сейчас появилось новое понятие "приобретенного аутизма" в связи с поголовной гаджетизацией. Многие дети постоянно сидят в смартфонах и теряют связь с внешним миром. Таких детей к вам приводили?
– Аутизм – чисто медицинский диагноз. У нас здесь используется другая формулировка, педагогическая – нарушение коммуникативных функций, например. Психолог констатирует наличие проблемы с общением. Но только медик точно скажет – в гаджете ли проблема или причина еще более глубокая. Конечно, это происходит после беседы с родителями и изучения анамнеза. Но мы со своей стороны, не взирая на причины нарушений в развитии, приступаем к борьбе с последствиями.
Таких фактов, чтобы ребенок из-за гаджетов серьезно отставал в развитии, мы не регистрировали. Потому что первопричина всегда намного глубже. В гаджетах сидят все дети. И если у ребенка и без смартфона замечены предпосылки к нарушениям речевого развития, а при этом родители с ним не занимаются и не разговаривают, это усугубляет состояние.
– То есть изначально здорового ребенка испортить гаджетом невозможно?
– Сильно испортить, давайте уточним. Но в любом случае отсутствие реального общения с реальными людьми приведет к скудному словарному запасу, как минимум. Особенно, если ребенок в телефоне только играет.
Мы, кстати, заметили еще одну интересную тенденцию – дети получают из интернета много полезной информации. Однажды пришла мама с ребенком, который еще не ходил в школу, но уже умел переводить сантиметры в дециметры. Оказалось, что пока мама занята, ребенок смотрел обучающие мультики. Ну и научился.
Тем не менее, я – за то, чтобы родители ограничивали детей в гаджетах, если они не уверены в том, что информация из смартфона будет ребенку полезной. И нужно помнить, что ограниченное общение с взрослыми, которыми в данном случае являются родители и родные, обязательно влияет на психику ребенка. Наступит день, когда малыш почувствует себя ненужным, нелюбимым.
– То есть нехватка родительской любви может стать причиной того, что ребенок замкнулся в себе и начал отставать в развитии?
– Да, и довольно часто. Потому что весь мир маленького ребенка заключается в его семье. И когда он не получает должной любви и поддержки, начинаются проблемы поведенческого и психологического характера. Чтобы привлечь к себе внимание, один ребенок прибегнет к демонстрации агрессии, другой – к истерикам.
– Вы это выявляете, а потом работаете со всей семьей?
– Наши ПМПК выявляют причины нарушений и определяют объем необходимой помощи ребенку и в зависимости от его возраста, состояния и желания родителей. Дальше уже в кабинетах психолого-педагогической коррекции, имея заключение ПМПК, ребенка принимают и подбирают специалистов для занятий с ним. Если необходимо работать с семьей, работают с семьей. У нас даже есть групповые занятия с детьми раннего возраста вместе с родителями.
Особенно отмечу, что пока родитель особенного ребенка не осознает своей ответственности за его развитие, ничего не получится. К нам детей приводят на час, а остальное время они проводят дома, с родителями.
– Как часто родители не признают своей вины в том, что происходит с их ребенком?
– Очень часто. Сегодня в детских садах и школах педагоги буквально плачут от того, что родители не понимают, когда их просят сходить на консультацию в ПМПК. Просто отказываются и все. И родители не осознают, что в детских садах и школах работают не специалисты узкого профиля. Они видят, что у ребенка трудности в обучении, в освоении программы и дают рекомендации обратиться к узкопрофильному специалисту. Но многие родители вместо того, чтобы прислушаться к советам, предпочитают обвинить школу в том, что она не хочет выполнять свою работу и притесняет ребенка. Боятся, что ребенку поставят диагноз.
– А разве не поставят? Представьте, если в личном деле будет пометка о прохождении такой вот коррекции. Мало ли, как это отразится на будущем ребенка с учетом особенностей нашего общества?
– Заключение ПМПК требуется только для оказания помощи и только с 1 до 18 лет. Если родитель не хочет идти в ПМПК, то его ребенку обычная школа точно ничем не поможет, это не ее профиль, если у ребенка есть проблемы в развитии. Сейчас он не тянет школьную программу, а дальше пойдет девиация поведения из-за насмешек одноклассников. А все потому, что с ребенком вовремя не стали заниматься.
Конечно, бывают стойкие нарушения в развитии – интеллекта, например. Здесь уже наша функция – поддержать ребенка и развивать его, исходя из способностей.
– В динамике по стране больше или меньше становится детей, которые нуждаются в помощи ваших специалистов? Каковы причины?
– К сожалению, мы наблюдаем рост особенных детей. И причин много. Это и экология, и вредные привычки родителей, но мы стали наблюдать прирост детей с ментальными нарушениями и по естественным причинам. Спрашиваем у медиков – почему? Вроде сейчас и технологии лучше. Казалось бы, наоборот ситуация должна улучшаться. Я думаю, что основной причиной стало то, что медицина научилась выхаживать 500-граммовых детей.
– То есть они выживают, и ментальные проблемы у них будут однозначно?
– Так не могу сказать. Проблемы аутизма до конца не изучены. И я думаю, что в данном случае лучше вопросы задавать медицине. Но и социальные причины никто не отменял. Родители, с утра до вечера занятые на работе, перекладывают ответственность за воспитание детей на учреждения образования. В результате дети недополучают любовь и ласку, что приводит к нарушениям в развитии.
– Как проводятся занятия? Что конкретно педагоги делают на уроках вместе с детьми?
– В специальных детских садах, детей также учат развитию речи, математическим способностям. И занятия ведет также воспитатель, но с применением специальных методик, разработанных нами под конкретное нарушение. В принципе, они не сильно отличаются от общих методов. Мы сегодня, когда развиваем инклюзивное образование, педагогам общих организаций разъясняем, что сложного ничего на самом деле нет. Нужно просто видеть и чувствовать каждого ребенка и его способности.
Конечно, детям с особыми потребностями мы даем больше наглядных и практических занятий. Просто посадить их за парты и раздавать задания – не сработает, а вот если дать ребенку предмет в руки – потрогать, разорвать, склеить, скомкать – у него сформируется ассоциативный ряд об этом предмете. То есть технологию мы используем практико-ориентированную. Особенно при работе с детьми с нарушениями интеллекта.
В спецшколах – то же самое, и на технологию, где дети работают руками, отводится больше часов. Детям это нравится, многие раскрывают таланты к рукоделию.
– Ну то есть разница в том, какими они приходят к вам впервые, и какими уходят – очевидна?
– Она колоссальная. Они потом и в общество социализируются легко, без труда поступают в колледжи и вузы. Единственное, в чем еще остались проблемы – в трудоустройстве наших выпускников. Потому что чаще всего им нужно создавать специальные рабочие места. И здесь система социальной защиты подключается со своими разными программами поддержки работодателей.
– Очень важный вопрос кадров. Наверняка, за 30 лет у вас сменились целые поколения специалистов. Кто и где их обучает? Как они проходят отбор уже в практическую педагогику, чтобы к особенным детям не попадали случайные люди?
– Все наши педагоги выпущены отечественными вузами. В целом, отмечу, наша система подготовки кадров для специальной педагогики осталась прежней еще с советских времен. Раньше просто факультеты назывались "дефектология", а сейчас "специальная педагогика". Специалистов готовят 17 вузов, и только тифло- и сурдопедагогов обучают в алматинском КазНПУ им. Абая. К счастью, детей с нарушениями зрения и слуха не так много, по сравнению с количеством детей с нарушениями речи и интеллекта. Мы, кстати, постоянно работаем над обновлением наших программ с учетом развития новых технологий.
– А с коллегами из-за рубежа как-то взаимодействуете в плане обмена опытом?
– Конечно. Но наш центр и в собственных новациях очень продвинулся. Например, работа по развитию детей с аутизмом идет по программам, разработанным нашими учеными. И педагоги отмечают хороший результат.
Конечно, сколько нарушений, столько и технологий. И на передовой пока еще остаются американские методики. Просто в США медики давно ставят диагноз "аутизм". Как следствие, и технологии раньше стали развиваться. Естественно, зарекомендовавшие себя зарубежные методики мы привозим в Казахстан и внедряем на практике у себя.
Наряду с импортом технологий постоянно работаем над собственными ноу-хау. Система спецорганизаций образования, кабинеты коррекции, ПМПК по работе с детьми с самого раннего возраста, система командного оценивания состояния ребенка – чисто наши наработки. Много у нас методических рекомендаций.
И, наконец, в 2022 году ученые Центра закончили 3-летнее исследование по онтогенезу казахской речи. Ничего подобного ранее не делал никто.
– Вам это зачем нужно было?
– Нашим специалистам нужно знать физиологию формирования речи ребенка и соответствие речевого развития возрасту, чтобы в случае нарушений проводить коррекцию. Потому что у разных народов речевое развитие идет по-разному.
К примеру, в русском языке считается нормой правильное произношение звука Р к 5 годам. Но во многих языках ведь нет такого звука. То есть если англичанин не будет произносить русский звук Р в старости, это будет нормой, а если носитель русского языка – нарушением. Также и с произношением чисто казахских звуков-соноров. Поэтому и нужен онтогенез речи каждого народа.
– Он позволит сохранить чистоту языка?
– Конечно! Это основа основ, на базе которой уже потом можно разрабатывать учебные и методические пособия, учебники и все остальное.
До нашего исследования все пособия по работе с особенными детьми разрабатывались на основе онтогенеза русской речи. Вроде алфавиты схожие, но есть целые наборы специфических букв и звуков, исторически характерных для казахского языка. В результате были перекосы в том плане, что специалисты считали нарушением неспособность произносить, например, губно-зубные В и Ф детьми-казахами, никогда не слышавшими русскую речь. С внедрением новых методик на основе онтогенеза казахской речи мы устраним все перекосы. Сейчас готовимся к публикации монографии для изучения специалистами. Так что кроме чисто практической ценности наш 3-летний труд имеет и колоссальную научную значимость для языковедов.


Поиск  
Версия для печати
Обсуждение статьи

Еще по теме
Будут ли упорядочены тарифы на электроэнергию? 29.07.2022
Политолог: Вопрос об отставке кабмина этой осенью будет стоять достаточно остро 15.07.2022
Научный центр спецобразования: мы не ставим диагнозы, а помогаем особенным детям развиваться 05.07.2022
На стыке цивилизаций 30.06.2022
Амбиции при отсутствии ресурсов: смогут ли партии-"новички" пробиться на выборах в Казахстане? 23.06.2022
Токаев: во время январских событий мне советовали покинуть Казахстан 16.06.2022
Как подружить науку, образование и экономику Казахстана? 16.06.2022
Как улучшить работу маслихатов? 15.06.2022
Данияр Ашимбаев: Популистских решений не ждите, тотальной национализации не будет 13.06.2022
Пенсионный возраст должен быть снижен 13.06.2022

Новости ЦентрАзии
Дни рождения
в Казахстане:
15.08.22 Понедельник
88. СИДОРОВА Вера
77. УМБЕТОВ Алтынбек
75. БАЙСУЛТАНОВ Султан
75. БАРЫШЕВ Серожатдин
74. КЕНЖАЛИЕВ Багдаулет
74. МЕДЕУБАЕВА Газират
72. КЕШУБАЕВ Галиаусат
71. БЕРКАЛИЕВ Хусаин
71. СЕЙТАХМЕТОВ Сансызбай
70. ЕСПАЕВ Сакен
68. ШАЙМЕНОВ Есентай
67. НУРАЛИН Даулет
66. АДЕКЕНОВ Сергазы
66. ТАЗАБЕКОВА Еркин
65. ИБРАШОВ Темирхан
...>>>
16.08.22 Вторник
83. ИСАГАЛИЕВ Кайрат
76. ЖУМАГАЛИЕВ Айдар
73. СКОРОБОГАТОВА Юлия
72. САНДЫБАЙ Аяган
67. ДОСКАЛИЕВ Хибратулла
63. ВЫБОРНОВА Галина
63. ХАКИМЖАНОВА Галия
60. БЕКЖАНОВ Жамбул
59. ШАРИПБАЕВ Кайрат
58. АЛИМЖАНОВ Аскар
58. ШИГАНБАЕВ Ергали
56. АЙНАБЕКОВ Ержан
55. КОЖАМЕТОВ Сабит
55. НУРЛЫБАЙ Сабит
55. РАШКАЛИЕВ Сагынтай
...>>>
17.08.22 Среда
80. АСАТОВ Болатай
76. УТЕГУЛОВ Нуржан
67. ИНОЧКИН Вячеслав
67. ТЕМИРХАНОВ Ержан
65. ТУЛЕУБАЕВ Мейрхан
63. БАЛТАБАЕВ Агабек
62. АХМЕДЬЯРОВА Амина
61. КУЛУМБЕТОВА Сауле
59. АМЕТОВ Бек
59. АСАНОВ Жакип
58. КУЛАКОВ Оралхан
58. МУХАНОВ Куаныш
58. НАРИБАЕВ Марат
54. НУРГАЗИН Нурлан
52. КАЛЕТАЕВ Джанболат
...>>>


Каталог сайтов
Казахстана:
Ак Орда
Казахтелеком
Казинформ
Казкоммерцбанк
КазМунайГаз
Кто есть кто в Казахстане
Самрук-Казына
Tengrinews
ЦентрАзия

в каталог >>>





Copyright © Nomad
Хостинг beget
Top.Mail.Ru
zero.kz