Людмила ФЕФЕЛОВА, "Костанайские новости", 3 сентября

Беседуем с депутатом Сената Парламента РК второго-третьего созывов, первым заместителем акима Костанайской области в 2013–2015 гг. Евгением АМАНОМ.

О хлебе и зрелищах
– Евгений Иосифович, интернет и СМИ отметили 35-летие путча, но если гэкачепистам история отвела три дня – 19–21 августа – то всем нам, активному поколению 90-х, надо было жить и после путча. На пленуме Убаганского райкома Компартии вы, как первый секретарь, пытались объяснить коммунистам, что произошло, и что надо делать дальше. В своих комментариях вы не поддержали ГКЧП, но коммунисты на малом в масштабах страны пятачке стали сдавать партбилеты. Реакция общества была спонтанной. Это одна сторона дела, а другая – хлеб насущный. Чем, кроме обещаний, кормили народ?
– Партбилеты сдавали немногие, я свой сохранил. Понимаете, у нас была достаточно большая инерция, имею в виду производство. Надо было заканчивать уборочную, сдавать хлеб на элеваторы, готовиться к зиме – скот ставить, уголь завозить. Никто этого не отменял, работа шла своим чередом. Между тем, инфляция ускорялась, масштаб дефицита товаров первой необходимости сейчас ужаснул бы. Централизованные хозяйственные фонды рушились. Что-то удавалось производить кустарным способом – за счет кооперативов. Расцветал челночный и перевалочный бизнес – из Москвы возили холодильники, телевизоры, одежду.
Это что касается хлеба насущного, а со зрелищами проблем не было. На телеэкранах не кончались всякого рода шоу, не только политические. Заполнили эфир юмористы, всем от них доставалось – людям это нравилось. Смесь эмоций: интересно, но и беспокойно. Беловежская пуща, "парад суверенитетов" – народ, как я думаю, не мог переварить грандиозные события в таком количестве. Люди искали ниши, чтобы перевести дух. Наверное, это и спасло Союз от гражданской войны. В Казахстане мы какое-то время смотрели на политические метаморфозы со стороны. Из состава СССР Нурсултан Абишевич выводил республику очень осторожно. Мы вышли последними, в той или иной мере подготовленными.

Факты биографий
– Был эпизод в моей биографии: в разгар событий августа 1991 года пришла на телеграфный пункт в Силантьевке и дала телеграмму Назарбаеву. С призывом поддержать Ельцина. Жалко, квитанцию не сохранила для внуков. Про то, как бабушка совершила большую политическую ошибку. Например, фотокор "КН" Василий Середенко повесил в своей лаборатории фотографию Ельцина кверху ногами – ее убрали, когда не стало самого фотокора.
– По прошествии времени мы узнали, что Назарбаев отказался ехать в Беловежскую пущу. Сейчас выдвигают конспирологические версии: что двигало Назарбаевым в те дни, что он хотел выгадать. Но в любом случае, по-человечески, он поступил достойно. А лавина событий продолжала разрушать все на своем пути. Стремительно падал уровень жизни. На политическом горизонте так же стремительно теряла позиции КПСС – партию отстраняли от власти. Лично я подписал документы о прекращении деятельности районного комитета партии. Надо было трудоустраивать потерявший работу партийный аппарат, совхозных секретарей парткомов. Морально это было очень тяжело. Директивы такого рода спускались сверху: перераспределялись полномочия, были попытки формировать новые структуры власти.

Нина Андреева и ее принципы
– Вспомните знаменитую статью Нины Андреевой, преподавателя одного из Ленинградских вузов, "Не могу поступиться принципами". Ее опубликовали в 88-м, Горбачев еще требовал плюрализма мнений и консенсусов. Потом свободолюбивой прессе поставили задачу опровергать доводы этой статьи. С одной стороны, легко – власть похвалит, а с другой, как ни крути, речь о принципах. Публикация была на сто процентов против Горбачева и на сто процентов за Сталина и КПСС. Нина Андреева вошла в историю. И, похоже, в позитивном ключе.
– Нина Андреева всколыхнула какую-то часть общества. А я в те августовские дни приехал в совхоз имени Димитрова. Там у меня состоялся разговор с украинскими студентами – прямо на строительной п лоща д ке. О н и меня потрясли агрессивными суждениями, абсолютной уверенностью, что для Украины происходят великие события, что именно их республика кормила весь Советский Союз и, наконец, это закончилось.
На мой взгляд, критически тревожным стартом разобщения надо считать решение о проведении референдума с вопросом о сохранении СССР. Голосование состоялось 17 марта 91-го года, с общим итогом "за" – более 70 процентов. В Казахстане явка составила 88,2 процента, за Союз в нашей республике было отдано 94,1 процента голосов. Выше – только в Туркменской ССР. Но в референдуме не приняли участие Латвия, Литва, Эстония, Грузия, Армения, Молдавия – власти этих республик заблокировали создание центральных избирательных комиссий – они взяли курс на независимость. И хотя суммарно численность населения в этих регионах составляла менее 9% от общего в стране, мы получили триггер разобщения.
В РСФСР к власти пришел Ельцин, помимо этого напоказ демонстрировалось украинское недовольство Союзом – формировалась команда, которая проблемы в экономике, дефицит товаров первой необходимости плотно увязывала с центральной властью в стране. В Верховном Совете Казахстана тоже шла горячая полемика, но не создавались какие-либо политические ячейки, наши люди и тогда были за стабильность.

"Сейчас не могу точно сказать себе, на чьей стороне были мои политические взгляды. Я был против развала Союза, но не хотел, чтобы к власти пришла команда гэкачепистов – уж очень они были "вчерашними".
Евгений АМАН

Нужна персонификация
– Наша областная власть поддержала ГКЧП.
– Здесь нужна персонификация. Василий Демиденко (1930– 1998 гг., первый секретарь Кустанайского обкома КПСС с 1981 по 1988 гг. – Прим. авт.) добровольно ушел из власти в 88-м, не хотел работать с Горбачевым. На его место пришел Князев Николай Трифонович (1937–2016 гг. С 1988-го по 1990-й – первый секретарь обкома, с 1990-го по 1993-й – председатель областного совета народных депутатов. – Прим. авт.). ГКЧП ему "досталась". Он хотел поддержать путч, но не позволили свои же, подчиненные. Что он успел сделать для ГКЧП – снять портрет Горбачева. Портреты уходят первыми. Горбачева на короткое время пришлось вернуть. Парадокс в том, что и Демиденко выступал против Горбачева, и Князев, но Василий Петрович был глыбой, в отличие от преемника. Эффект протеста зависит от личности.

Спазм "сосудов"
– Когда все рушится, какой должна быть личность?
– Как раз в такие периоды личности особенно нужны. Нас подкосили процессы децентрализации снабжения: по линии сельхозтехники, сельхозхимии, по линии Центро-, Каз- облпотребсоюзов и всех остальных снабженческих структур. Разрыв экономических связей при уходе республик в автономное плавание был неизбежен. Разлом банковской системы окончательно нас добил. Конец 91-го – начало 92-го – система Агропромбанка начала выдыхаться, проводки застревали. Кровеносные сосуды Советского Союза забили пробками, условно говоря, а заодно и жизнедеятельность страны.

Чисто рыночный принцип
– У нас в районе была нормальная человеческая атмосфера.
– С мая 88-го по декабрь 91- го моя должность – первый секретарь, по сей день считаю, что райком был важным звеном в вертикали партийной власти. Когда разделили на администрацию и райсовет, я посчитал это очередной ошибкой. Не безобидной. В 91-м у нас было два больших проекта: водопровод и газификация. Финансирование шло от "Облгаза" и от "Кустанайводопровода". В 92-м я ушел, поскольку райсовет, куда меня определили, имел только название. Денег на эти проекты больше не дали.
– Даже без больших проектов запомнилась презентация – как тормоз под разруху – общественной бани на отделении Степное по Сарыкольской трассе. Буфет работал, индийский чай продавали. За чей счет?
– Деньги дают под персону. Если считают, что ты потянешь газ, водопровод, МТФ, дорогу – деньги дадут. И наоборот. Это чисто рыночный принцип.

Продолжение следует.

---

Жизнь после августа 1991-го. Часть II
Людмила ФЕФЕЛОВА, "Костанайские новости", 24 сентября

Разговор с депутатом Сената Парламента РК второго-третьего созывов, первым заместителем акима Костанайской области в 2013-15 гг. Евгением АМАНОМ.
Продолжение. Начало в номере за 3 сентября.

Политика без тоталитаризма
– Евгений Иосифович, распад СССР начался в 1988 году – в первой части мы об этом говорили. Референдум с вопросом о сохранении Союза ответил "да", но в нем участвовали не все республики – пошла цепная реакция, остановить ее уже было невозможно. 21 декабря 1991 года в Алма-Ате приняли декларацию о СНГ – Содружестве независимых государств. При этом историки утверждают, что меньше всего стремилась к отделению от Москвы Центральная Азия. Казахстан объявил о независимости последним. Но если вернуться к тем временам, то воспоминания болезненные. В конце 80-х этнические немцы устремились на историческую родину. Потом лавиной – в Россию, и не только русские туда уезжали. На протяжении десятилетий мы не получали ответ на вопрос: почему не было противодействия миграции? Может быть, так освобождалось место для национальных элит?
– Я не стал бы сталкивать процессы, которые не пересекались: они шли параллельно. Свободная миграция искусственно не создавалась. Она явилась продолжением новой политики: демократии, прав человека, свободы выбора. Этого потребовал Запад, когда страна стала интегрироваться в мир, не отягощенный авторитаризмом и тоталитаризмом. Нам нужно было продемонстрировать не только рыночные механизмы, но и демократические подвижки. Миграция была одной из составляющих этой парадигмы.
Если говорить о советских элитах, прежде всего хозяйственных, потому что партийные к тому времени, грубо говоря, уже не котировались, то их исход был обусловлен обвалом экономики. Руководящие кадры с крупных казахстанских предприятий, завязанных на тесном партнерстве с предприятиями России, уходили туда на соответствующие должности. В нашей области ССГПО, химзаводы, КСК – остановились. Уезжали не только руководители – рабочие теряли работу и средства к существованию. Как можно было противодействовать их отъезду? Всему этому сопутствовали тяжелейшие скандалы – из-за огромных долгов по зарплате. Не берусь утверждать, что их когда-либо выплатили. Выстояли ССГПО, кондитерская и швейная фабрики. Какой ценой выстояли? Всем, большим и не очень большим, надо было пройти через массовые банкротства. В сельском хозяйстве это был "идеальный шторм", когда все идут на дно.

Брали с руками и ногами
– Все получили права и свободы в ущерб хлебу насущному?
– Мы сейчас говорим о том, куда и почему уходили советские элиты. Это был естественный процесс – так же, как и рост национальных элит. Надо учитывать и такой ракурс: советские хозяйственники уходили, потому что в России их принимали с распростертыми объятиями. Их опыт, биографии, определенные моральные устои многое значили. Надо говорить не только о хозяйственниках – учительские, медицинские кадры находили там работу без проблем. Система МВД не стала исключением.
Многих откровенно переманивали, забирали с руками и с ногами. Если немцев в Германии никакие должности не ждали – там только социальный пакет предусматривался, – то в России наши кадры легко ассимилировались, в том числе не было языковых проблем. Дипломы признавали безоговорочно. Тем не менее уехали не все. Если оставалась перспектива пережить трудные времена, если можно было заработать на жизнь, семьи охотно оставались на месте. Ни к одному другому городу, по моим наблюдениям, не сохранилось столько любви наших бывших земляков, как к Кустанаю/Костанаю.

"Вредный демократия"
– В начале 2000-х, после распада Союза прошло десять лет, едем с мужем в поезде "Екатеринбург – Симферополь". В Уфе в купе подсаживается мужчина колоритной южной внешности. Оказалось, таджик, бывший председатель колхоза Аскар Рахимович. Проводница бегает по вагону, кричит, чтоб пассажиры чай себе носили сами. Заглядывает к нам: "Котик, ты же постель брать не будешь, тебе недалеко…". "Котик" так на нее рыкнул, что она вмиг принесла и чай, и постельные принадлежности. Время было позднее, но Аскар Рахимович решил почитать мои газеты в моих же очках. Как они ему подошли, не знаю, но Ельцина он сразу увидел: "Зэраза!", и щелкнул пальцами по его улыбающейся физиономии. Потом показал свой паспорт: "Видел, какой у таджиков паспорт? Это он сделал, Ельцин, зэраза. А у тебя какой? О, у вас хороший парень. Я его уважаю. На весь СНГ он один такой, настоящий президент, Назарбаев. Еще Лукашенко уважаю и Путин". – "А Рахмонова?". – "С него толку не будет. Экономики нет". – "Ваш колхоз – не экономика?". – "Мой колхоз больше нет. Восемь тысяч только школьники были в мой колхоз. Коровы был, овец, хлопок, зерно – сейчас ничего нет". – "Куда все делось?" – "Демократы сожрали. Сейчас таджик наркотик осталось продавать, больше ничего нет". Он сделал паузу, потом поднял сжатый кулак: "Иосиф? А? Вот так держать всех! Таджик, русский – демократия не нужен. Он им вредный. Они тогда несчастливый. Когда порядок, они счастливый!". В чем неправ был Аскар Рахимович? В райцентре Убаган одна за другой пустели квартиры, которые, к слову, строились в вашу бытность руководителем района. Груженые домашним скарбом КамАЗы такую тоску вызывали, что не демократии хотелось, а твердой руки: чтобы стукнул кто-то тяжеленным кулаком по столу: "Отставить!". Мародеры безнаказанно рушили брошенные квартиры. Не было ни закона, ни внутреннего приказа прекратить безобразие. В двухквартирном доме, где жила наша семья, сосед стал разбирать свою половину: переезжаю к теще в Затоболовку. Собственник, квартира приватизированная – разобрал. Нам ничего не оставалось, как тоже уехать. К тому же, вся коммуналка накрылась, школу, детский сад разморозили, надо было вытаскивать детей из пучины невзгод. Вопрос: где была власть?
– После ухода Компартии из управленческой вертикали кадрами никто не занимался. Именно партия вела подбор, расстановку и воспитание кадров. В Убаганском/ Алтынсаринском районе кадровая чехарда началась, когда этот институт, обозначим так Компартию, был ликвидирован, а нового не создали. Поэтому, когда приходили к власти районные акимы и некоторые областные, имею в виду не только нашу область, они не имели практического управленческого механизма, действовали по наитию. Нередко исходили из собственных притязаний. До определенного времени процветали семейственность, клановость и тому подобное. Особенно негативно это проявилось, когда малоопытная власть получила возможность менять руководство на госпредприятиях. Спасли от этого бедствия частники – командовать ими лафа отпала. Но прежде, чем разумный прагматизм взял верх, не раз районное начальство находило замену, не утруждая себя основаниями, например, директорам совхозов. При этом новые управленческие элиты вышли в большинстве своем из тех самых партийных элит, но разом откинули "отягчающий" бэкграунд. Если на бюро райкома или обкома тряслись поджилки, то прошли те времена, у нас свои методы. Если бы я сказал, что это получилось спонтанно, случайно, непреднамеренно, кто бы мне поверил? Ничего такого говорить не буду. Но готов повторить и сегодня главную формулу кадровой политики Компартии: "подбор, расстановка, воспитание".

Сейчас не говорят "Партбилет на стол!"
– Но время-то и сейчас не беспартийное. Во всех бывших республиках. В чем разница?
– Разница существенная. Сейчас не хватает контроля партии и ответственности кадров перед партией, которую они представляют. Принадлежность к партии не увязана с достижением той или иной цели, с "моральным обликом", какой требовался для партийного человека и так далее. Замечу: на Западе партийная принадлежность ко многому обязывает. Если нарушают – исключают из партии, лишают поста плюс шум и "черный список". А у нас не слышал, чтобы кому-то сказали: "Партбилет на стол!!!". Раньше этот окрик очень многое значил.

Продолжение следует

---

Жизнь после августа 1991-го
Людмила ФЕФЕЛОВА, "Костанайские новости", 8 октября

Беседуем с депутатом Сената Парламента РК второго и третьего созывов, ответственным секретарем Министерства сельского хозяйства РК в 2009-2013 гг., первым заместителем акима Костанайской области в 2013-2015 гг. Евгением АМАНОМ.
Продолжение. Начало в номерах за 3 и 24 сентября.

Все начинается с земли
– Евгений Иосифович, сегодня в законодательном поле Казахстана понятие "земельный пай" не найти. По крайней мере в том виде, какой "протаранил" сельскую жизнь в 90-е. Начиналось как в поговорке, "за здравие", и не после, а до августа. 28 июня 91-го был принят Закон Казахской ССР "О земельной реформе" – базовый документ, старт преобразования совхозов и колхозов. В марте 94-го Правительство независимого Казахстана утвердило своим Постановлением "Порядок уступки права на земельную долю (пай)". Тогда же официально была утверждена форма свидетельства на пай. И уже после этого сельчанам массово стали выдавать документы на доли (паи). Все революции начинаются с раздачи земли крестьянам. Например, в 1917 году Ленин издал декрет "О земле".
– Ленин вообще отменил частную собственность на землю, в то время как реформа 90- х, наоборот, ориентировалась на внедрение рыночной капиталистической модели. В 17-м землю отдали не крестьянам – от частников она перешла государству. Главными положениями Декрета о земле 1917 года, помимо частной собственности, была передача ее во всенародное достояние безвозмездно. Декларативно земля переходила в собственность тех, кто ее обрабатывал лично или семейно, главное – без батраков, без наемного труда. Также все недра, леса и воды передавались в пользование государства. Тех, кто в 17-м году испытал эйфорию от ленинского Декрета, сегодня нет, но какие события происходили в последующие годы, мы знаем. Была кровавая борьба и за власть, и за землю. В 90-х, к счастью, обошлось без этого.

Потерянный клад
– Для этого и раздали земельные доли? Чтобы не было протестов? А сегодня можно слышать, что это была "законодательная ловушка". Земля без средств производства – потерянный клад. Очень скоро паи оказались у бывших директоров совхозов, потом и вовсе пошли "по рукам".
– Законодательство тех лет не обязывало наделять пайщиков минимально необходимым объемом средств производства. В декабре 1995 года был принят Указ Президента РК, имеющий силу Закона "О земле". Исторический, как потом говорили. Никакой ловушки Назарбаев не планировал, это точно. Институт условных земельных долей Указ закрепил, сельчане получили право передавать паи в аренду, вносить в уставный капитал ТОО или организовывать крестьянские хозяйства.
Почему директорам совхозов дали "льготную" долю – 20 процентов? Почему отдельно, зачастую на закрытых аукционах, шла приватизация элеваторов, складов, нефтебаз сельхозтехники, сельхозхимии и тому подобного? Правительству нужны были профессиональные, как минимум опытные люди, которые бы дали ума свалившемуся на них богатству. В 17-м была эйфория, и в 90-х она тоже имела место и не прошла без последствий. Президент и правительство почувствовали опасность оставить страну голодной. Вполне реальные риски. В моем родном Федоровском районе вместо десятка крепких совхозов появились сотни мелких хозяйств – проект руководителя района, ныне покойного. Его инициативу сначала мощно пропагандировали, идеализировали, но результата в итоге не увидели. Хотя крестьяне, конечно, хотели быть фермерами, как в Америке или в Европе.

Американская провинция
– На рубеже конца 80-х – начала 90-х вышел документальный сериал "Американская провинция". Фермеры уже тогда работали с компьютерами. Их элеваторы, техника – все было другим. Но несмотря на огромную разницу, наши люди тоже вдохновились. США, Канада имеют посевные площади не меньше, чем в Казахстане. В Канаде и дороги, где-то читала, не лучше наших. Но за 35 лет, как я считаю, наш АПК не догнал американцев, а также их соседей.
– Наших людей больше всего поразило обилие мощной техники у американцев. Но в сериале показали не мелких, а крупных фермеров. Мы увидели как они живут: просторные коттеджи со всеми удобствами, гаражи для нескольких автомобилей и тому подобное. Американский фермер заработал это тяжелым крестьянским трудом и при хорошей поддержке государства. У нас в 90-е была нищета. У государства не было возможности даже пенсии платить. За какие средства можно было создавать МТС или наделять сельчан техникой, кредитами на ее покупку? Лучшего варианта не было, как просто раздать землю, а дальше – куда кривая вывезет. Один рабочий трактор собирали из двух-трех нерабочих, так же с комбайнами. Государству нечем было помочь новоявленным арендаторам земли. Фокус сместился на старых, проверенных временем руководителей.

"Я не знала, шо таке "безвозмедно"
– Были и непроверенные, которые преуспели. В "КН" 20 ноября 2001 года был опубликован материал о сельском сходе в селе Новоалексеевка Алтынсаринского района. Замечательный человек, бывший рабочком, потом председатель сельского совета, потом аким Николай Павлович Морозов сказал, что Ново­алексеевка, "наверное, единственное село на весь Казах­стан, в котором людей оставили без паев". Их подарили руководителю ТОО. Если совхоз сеял 34 тысячи га, то он – 12 тысяч га. Про пайщиков забыл, потому что паев у них уже не было. Акиму района написали 150 заявлений, что директор забрал паи обманным путем, наняли адвоката, чтобы судиться. Жительница села тетя Шура сказала на сходе: "Я не знала шо таке "безвозмездно". Но что-то менять было поздно: директор и паи получил, и трубы выкопал, где было центральное отопление и водопровод. Новоалексеевцев от вымирания спасла "Иволга".
– В прошлом выпуске мы вспоминали массовую миграцию. В этом контексте этнические немцы, которым еще в 41-м было предписано жить не в городе, а в деревне, где они и жили в своем большинстве, бросали свои доли и уезжали. Важный нюанс: доли потому и назывались условными, что никто не ставил "колышки", где земля Иванова, Ахметова или Шмидта. Было не до этого.
Как у нас квартиры приватизировали? Один жил в благо­устроенной, городской, трех-четырехкомнатной квартире, с паркетным полом и двумя балконами. Другой – в "хрущевке", третий – в криминальном районе, куда даже милиция не заглядывала. Под общий знаменатель никого не подгоняли. Газеты и ТВ бушевали, также и в Парламенте: почему государство спихнуло весь ЖКХ на жильцов? Почему не отремонтировало жилой фонд, прежде чем отдать в собственность? Почему протекают крыши, подвалы залиты сточными водами, а лифты не работают? Потому что сначала надо было выжить.

Человеческий фактор
– Выжили не все. И в городе, и в деревне.
– Человеческий фактор всегда играл огромную роль. Если вернуться к земельным наделам, то одни директора ТОО распорядились ими по-хозяйски, дали владельцам паев жить по-человечески. "Красные директора" оставили хороший след в истории нашей области. "Асфальтовые" же бросили село как место жительства, перебрались в город, наезжали, чтобы собрать дань. Напомню, в 2003 году пайщиков поставили перед выбором: надо было до 1 января 2005 года либо выкупить пай в частную собственность, либо оформить самостоятельную аренду у государства, либо передать в ТОО или крестьянское хозяйство. У того, кто этого не сделал, права на условные доли прекращались. Естественный отбор был жестоким. Многое вышло наперекосяк. Но на постсоветском пространстве только Лукашенко удержал сельское хозяйство. Белорусский лидер не пошел на шоковую приватизацию совхозов и колхозов, не стал делить землю на доли или паи, избежал разрухи, какая постигла наши сельхозпредприятия и села. В остальных республиках было не лучше, чем у нас в Казахстане.

Продолжение следует