Ольга ВОРОНЬКО, "Время", 7 июля

В Павлодарском горсуде проходит громкий процесс, который, едва начавшись, уже вызвал неоднозначные оценки. Подсудимая – начальник департамента казначейства по Павлодарской области Роза НУРГАЛИЕВА, возглавлявшая его с апреля 2009 года. Казалось бы, получила она ведомство с идеальной репутацией: за семь предыдущих лет – с 2001 по 2008 год – здесь было проведено семь комплексных проверок финконтроля, ни одна из которых не обнаружила ни единого нарушения. Однако же Нургалиева, не проработав в своей должности и двух лет, настрочила письмо председателю комитета казначейства Канату ДОСМУКАМЕТОВУ о том, что в департаменте творится неладное – перечисляются зарплаты на подставных лиц, утаиваются налоги. Нургалиева попросила шефа прислать комиссию для проверки финансовой деятельности департамента. В результате выяснилось, что начиная с 2001 года казначеи украли у государства 299748171,64 тенге. Такую репутацию испортила! Такую схему поломала!
Читаешь 44 тома уголовного дела – и дух захватывает. Главбух казначейства Маруа МУСИНА, работавшая в департаменте с 1995 года, в июне 2001-го предложила заместителю начальника департамента Раушан АМАНДУЛЛАЕВОЙ недоплачивать налоги и социальные отчисления, а высвободившиеся деньги перечислять ей, Мусиной, на карточку в виде зарплаты. И начала по нескольку раз в месяц перегонять себе сотни тысяч тенге. Берем наугад март 2002 г. 1 марта – Мусина по предварительному сговору с Амандуллаевой составила список для зачисления заработной платы работникам управления казначейства на общую сумму 689855,95 тенге. Из них 476559 тенге были начислены на имя самой Мусиной Маруы Гайноллиновны. 5 марта – список для зачисления отпускных на общую сумму 259558 тенге, из них себе – 198257,16 тенге. 13 марта – 455559 и 348559 тенге. 27 марта – 516856 и 345515 тенге. И так каждый месяц по нарастающей: 2001 год – 4 млн. тенге, 2002-й – 6,8 млн., 2003-й – 10 млн., 2007-й – 66,5 млн. Для увеличения оборотов в ноябре 2002 года Мусина начала перечислять деньги не только себе, но и на карточки пятерых родственников – сестер, зятьев, мужа.
Почему схему не раскусили семь команд проверяющих областного управления финконтроля? Почему ведомство ни разу с 2001 года не посетила с проверкой налоговая инспекция? Этого никто так внятно и не объяснил. Каким образом начальник департамента казначейства Ильяс НУРПЕИСОВ, возглавлявший его с 4 апреля 1995 года по 14 апреля 2008 года, не замечал, что у главбуха зарплата в сотни раз выше его собственной – тоже осталось за кадром расследования.
Открылось же все 27 января 2009 года, когда начальник отдела приема платежей Гульнара ТАШЕНОВА обратила внимание на то, что согласно ведомости все 100 внештатных сотрудников казначейства вдруг в один день ушли в отпуск. Ташенова побежала к замначальника департамента Екатерине МИРОШНИЧЕНКО. Та удивилась – в тот день оплаты счетов вообще не должно было быть – и пошла к начальнику департамента Нургалиевой. Главбуха Мусину призвали к ответу, та помялась, а потом покаялась: мол, ошиблась. 28 января Мирошниченко позвонила в банк, чтобы вернуть "ошибочно проведенные платежи". Тут-то ее и огорошили: в списках лиц, на чьи карточки перечислялись деньги, были совсем не те люди, которые значились в спис­ках, оставшихся в казначействе, а именно – родственники Мусиной. Главбух попросила не поднимать шума, тут же вернув родной конторе пять миллионов тенге. Но Нургалиева разослала запросы в банки и, получив подтверждение, что махинации с зарплатой, налогами и другими платежами случаются давно и регулярно, 12 февраля поехала докладывать председателю комитета казначейства. Результаты проведенной ревизии были направлены в ДКНБ, откуда ушли в финпол.
Мусина, думавшая, что после возвращения пяти миллионов вопрос снят, была возмущена.
– Нургалиева написала письмо в комитет казначейства о проведении проверки, не говоря мне, – не могла сдержать негодования главбух во время допросов.
В своих показаниях Мусина сообщила, что отдавала Нургалиевой почти все деньги. Следствие этому поверило, придя к выводу: Нургалиева сообщила о злоупотреблениях в комитет казначейства Министерства финансов РК с целью избежать уголовной ответственности. В отношении ее предшественника Нурпеисова уголовное преследование прекращено в связи с недоказанностью в его действиях состава преступления.
300 похищенных миллионов следователи искали ровно 10 дней, после чего пришли к выводу, что найти их не представляется возможным. Они поверили, что родственники Мусиной, на карточки которых падали сотни тысяч тенге, ничего об этом не знали. Тот факт, что родня главбухши, согласно материалам дела, гасила миллионные кредиты, накупила себе за это время несколько квартир и машин, никого не удивил.
С другими фигурантами дела все вроде бы понятно. А вот за что села на скамью подсудимых Нургалиева – возможно, так и останется тайной. За воровство? Недогляд? Или все-таки за стукачество – чтобы другим неповадно было? Недаром этот начавшийся в Павлодаре судебный процесс уже успели окрестить "делом стукачки".
Вот так, граждане, больше не стучите.