Михаил КОЗАЧКОВ, "Время", 23 июня

В конце мая был оглашен приговор по делу вице-адмирала Жандарбека ЖАНЗАКОВА, признанного виновным в злоупотреблении властью, выразившемся в заключении договора на аренду пирса в 2015-2016 годах. По версии следствия, морской офицер таким образом нанес ущерб государству в размере 42 миллионов тенге, однако коллеги вице-адмирала считают, что у Жанзакова просто не было выхода. Контр-адмирал Ратмир КОМРАТОВ объясняет, что именно случилось в те годы в военно-морских силах.
- Когда наша страна получила независимость, у нас уже были все виды войск, кроме военно-морских сил. Их мы создавали с нуля, - объясняет контр-адмирал. - По сути, все начиналось с военно-морской базы в Актау, начальником которой меня назначили. Не было вообще ничего - ни техники, ни инфраструктуры, ни людей. Я сидел на телефоне и обзванивал офицеров-казахстанцев, служивших в соседних республиках.
Не буду скрывать, многие смеялись, услышав мое предложение вернуться на историческую родину и вместе строить флот. Они жили в отличных местах, на берегу морей и океанов, а я их звал в Актау, где песчаные бури и жарко, как в пустыне Сахара. Одним из немногих, кто откликнулся на мое приглашение, был как раз Жандарбек Жанзаков. Он в тот момент, еще не достигнув и 30 лет, дослужился до должности помощника командира корабля, постоянно находился в походах на атомной подводной лодке, но все бросил и вернулся домой.
Когда мы познакомились поближе, я понял, что Жандарбек Садуевич не только настоящий патриот своей страны, но и прекрасно образованный боевой офицер. Он быстро дослужился до моего зама и везде, где бы я ни работал, трудился рядом. По сути, он один из создателей военно-морского флота Республики Казахстан. Первые корабли он перегонял сюда, в Актау, из Южной Кореи через Турцию. Фактически сам стоял за штурвалом. Представьте, что это за маршрут и сколько сил необходимо, чтобы его пройти. А теперь говорят, что он нанес родине ущерб.
- Согласно приговору суда экс-главнокомандующий нарушил договор о госзакупках, оплачивая услуги пирса для кораблей. Вы знаете какие-нибудь подробности?
- У нас до 2017 года не было своего пирса, это правда. Когда я был главкомом, то искал выход по-своему - ругался с начальником порта Актау, лично договаривался о стоянке в Баутино, местные власти подключал, как-то выкручивался. Вот это как раз можно назвать нарушениями. Уже потом, когда меня перевели в Министерство обороны, я без сомнения рекомендовал назначить Жанзакова на место главкома.
Вскоре и вопрос оплаты пирса был решен. Это же смешно звучит - негде было держать четыре ракетных катера, на каждом 25-28 человек! Причем это не просто стоянка, это же еще и обслуживание, ремонт, заправка кораблей топливом, электроэнергией, водой, загрузка всего необходимого для жизнедеятельности судна. Хочу обратить внимание на важную деталь: в Министерстве обороны есть подразделения, которые ведут и заключают договоры. Это главное управление материально-технического обеспечения, главное управление расквартирования войск, департамент юридического обеспечения, департамент финансово-экономического обеспечения. А Жанзакову специально для подписания этого договора на аренду пирса напрямую выдал доверенность министр обороны! При этом соглашение было согласовано с заместителем министра обороны, отвечающим за финансово-экономическую работу. Все подразделения одобрили этот контракт…
- Как я понял, проблема в переплате, а не в заключении договора способом из одного источника.
- Следователи, не знакомые с военно-морской спецификой, почему-то решили, что оплачивать стоянку военных кораблей надо по расценкам гражданских судов. Но я еще раз повторяю: ракетные катера надо обслуживать, пополнять водой, топливом, продовольствием, подавать электроэнергию, обеспечивать жизнедеятельность корабля и личного состава - все это и входит в тариф. И если там есть переплата, почему эти деньги не взыскивают через суды у поставщика услуг? Существует претензионная работа. Это же самое простое - выявили излишки, подали иск, забрали свои деньги назад. Нет, они обвинили Жанзакова в злоупотреблении властью и на него повесили эти 42 миллиона. Да мы таких денег в глаза никогда не видели!
- Но у вице-адмирала, говорят, неплохой особняк имеется.
- Да, и следствие считает, что построил он его на украденные деньги. Только вот мало кто знает, откуда взялась эта недвижимость. У Жандарбека супруга скончалась от рака. После кончины жены он сошелся с ее сестрой, тоже оставшейся без мужа, они вместе поднимают детей. Родственники продали недвижимость, чтобы у семьи был свой угол…
- Я правильно понимаю: вы абсолютно убеждены в невиновности своего коллеги?
- Я не убежден, я знаю ситуацию изнутри. Вина Жанзакова заключается только в том, что он подписывал документы, чтобы обеспечить свое подразделение всем необходимым. Я всю жизнь документы подписываю. Я тоже преступник, получается? Как еще объяснить, что корабль не может весь год находиться в море, ему нужно швартоваться у берега, чтобы пройти обслуживание, заправить топливо, взять припасы, наконец? Для этого и нужен пирс. Сейчас у военно-морских сил он свой, а раньше приходилось арендовать. В чем здесь злоупотребление, где ущерб? Как ему надо было поступить - утопить эти четыре ракетных катера, если никто их не соглашался у себя держать, кроме одного завода?
- Знаете, мы с Жанзаковым больше 25 лет служили рядом, плечом к плечу, - резюмирует Ратмир Комратов. - Я знаю, находились завистники, которые шутили, что Жандарбек мой внебрачный сын, хотя всего на 15 лет меня младше. Он человек военный, не вор и не рвач. Даже оказавшись в этой ситуации, он всем друзьям сказал, что суд во всем разберется, не надо шум поднимать или кого-то просить о помощи. Я ведь выступать начал, только когда вице-адмирала посадили. Поэтому сейчас хочу через вашу газету обратиться к суду, который будет рассматривать дело Жанзакова: пожалуйста, разберитесь во всем объективно, вникните в ситуацию как можно глубже.
Жандарбек все сделал правильно, он действовал в интересах военно-морских сил. Он патриот своей страны, профессионал своего дела. Я не сомневаюсь в компетенции судей и прошу восстановить честное имя вице-адмирала.