Данияр Ашимбаев, 20 мая

В январе 1993 г. был создан Национальный центр по комплексной переработке минерального сырья (НЦКПМС), в ведение которого вскоре передали академические Институт горного дела, Институт металлургии и обогащения, Химико-технологический институт и Восточный научно-исследовательский горно-металлургический институт цветных металлов (ВНИИцветмет); в июне 1999 г. к ним добавили НПО "Казмеханобр", а Институт металлургии и обогащения забрали в МНВО.
На НЦКПМС возложили "проведение и координацию в республике фундаментальных и прикладных исследований в области освоения месторождений полезных ископаемых черных, цветных, редких и благородных металлов, рациональной добычи и эффективного обогащения сырья, комплексной химико-металлургической переработки до конечной конкурентоспособной продукции высокой готовности, максимального снижения техногенной нагрузки горно-металлургического комплекса на окружающую среду".
В сентябре 1999 г. скончался первый директор НЦКПМС академик Джанторе Абишев и центр возглавил его первый зам - 43-летний академик Абдурасул Жарменов,
В октябре того же года НЦКПМС перешел в ведение Министерства энергетики, индустрии и торговли (и последующие промышленные министерства). В марте 2001 г. в состав НЦКПМС включили РГП "Жезказганредмет", занимающееся добыче и продажей осмия, рения и иных редкоземельных металлов (а в ноябре 2002 г. вернули в ведение Министерства индустрии и торговли, хотя еще в начале 2004 г. лицензии на экспорт изотопа осмия-187 в Чехию выдавались Наццентру).
С внешней торговлей получились скандалы. В начале 2009 г. тогдашний зампред АБЭКП Андрей Лукин сообщал, что "возбуждено уголовное дело в отношении директора РГП "Жезказганредмет" по факту злоупотребления должностными полномочиями путем заключения в январе 2007 года контракта с иностранными компаниями на продажу редкоземельного металла по заниженной цене - $2 300 за 1 кг. В данном случае выявлен факт скрытого вывоза капитала за рубеж через оффшорные компании. Ущерб государству составил 592 млн тенге".
Информации о судебных приговорах, насколько помнится, нигде не было.
В 2010 г. деятельность НЦКПМС проверял Счетный комитет, который констатировал: "Неэффективно используются бюджетные средства, выделенные на создание Центра металлургии в Восточно-Казахстанской области, проведение фундаментальных и прикладных исследований по комплексной переработке минерального сырья на сумму 30,2 млн. тенге, а также осуществляется неэффективное управление активами государства на сумму 745,2 млн. тенге... В республике до минимума снизилась реализация рения в перренате аммония, а реализация осмия-187 не осуществляется... РГП "Национальный центр" системно не проводит исследование по разработке технологий и оборудования для переработки материалов, содержащих осмий, рений и редкоземельные металлы" .
Особых последствий эта проверка также не имела, хотя и вызвала серию публикаций в СМИ, в т.ч. заявления сотрудников о "бурном расцвете коррупции в головном офисе Центра".
С началом программ индустриализации центр быстро "вошел в моду". Помимо ГП ФИИР был даже "План развития разработки редких и редкоземельных металлов на 2015-2019 годы".
В 2015 г. сотрудники НЦКПМС получили Госпремию в области науки и техники имени аль-Фараби за цикл работ на тему "Промышленная реализация разработок в области металлургии свинца и золота, внесших значительный вклад в инновационное развитие страны и поднявших престиж Казахстана на мировом рынке технологий", а в 2017 г. - за работу на тему "Разработка технологий мирового уровня по вовлечению в переработку низкокачественного (высокофосфористого бурожелезнякового) и техногенного сырья, обеспечивающих рост конкурентоспособности производства стали, и их коммерциализация".
Казалось бы, что в условиях, когда государство в последние годы обратило свой взгляд на редкоземельные металлы", для НЦКПМС должен был начаться новый период расцвета.
Но не тут-то было.
В январе с.г. гендиректор НЦКПМС был освобожден от должности.
В социальных сетях начался было шум на тему увольнения заслуженных ученых, но очень быстро он стих: стали просачиваться новые подробности финансо-хозяйственной деятельности НЦКПМС.
Еще летом 2007 г. министр индустрии и торговли Казахстана Оразбаков и министр энергетики Кыргызстана Игорь Чудинов подписали меморандум о строительстве в Кыргызстане ферросплавного завода, на который должны были производить ферросиликоалюминий. Разработчик проекта - академик Жарменов сообщал СМИ: "Наши исследования показали - для организации производства этого сплава идеально подходят природные условия Кыргызстана. Поэтому мы предлагаем организовать на территории КР производство этого сплава объемом 200 тысяч тонн в год. Ежегодный объем реализации составит 250 млн. долларов, будет создано более 2 тысяч рабочих мест, причем использоваться будут только природные ресурсы Кыргызстана".
На какое-то время проект затих, а в мае 2013 г. появилось постановление правительства, подписанное премьером Сериком Ахметовым, где говорилось: "Предоставить согласие РГП "Национальный центр по комплексной переработке минерального сырья РК" войти в состав участников ООО "Авиньен" (Кыргызская Республика)".
Что же творилось в рамках проекта?
Из материалов, которыми любезно поделились коллеги, стало ясно, что кыргызы, очень обрадованные этим проектом, неоднократно представляли земельные участки и взяли на себя обязательства по фиксированным, дисконтированным тарифам на электроэнергию,
Стороны активно обмениваются исковыми претензиями,
Оператор проекта - ООО "Авиньен" - был создан в 2006 г. гражданкой РФ, которая оперативно продала компанию двум гражданам, которые, согласно данным кыргызов, являются "близкими друзьями г-на Жарменова", которому в 2007 г. уступили 50% доли в компании, а он еще через год передал эту долю родственнику одной из своих коллег, а тот передал 25% племяннику Жарменова. Еще через год НЦКПМС приобретает у этих 4 человек 90% доли в компании, но - с правом безвозмездной передачи им обратно.
В 2011 г. НЦКПМС заключает договор со швейцарской компанией "ICMD Switzerland" об участии в проекте через ООО "Авиньен" (в пропорции 71 на 29%). Владельцем и директором швейцарской компании являлся Юрген Хайн (Юрий Заболоцкий), который несколько лет продвигал разработанный Жарменовы сплав в Европе. Доверенность действовать от имени материнской компании "ICMD Switzerland" оказалась выписана на сына Жарменова.
Одновременно шли препирательства с кыргызами, которые выделили землю и гарантировали льготные поставки электричества, но в 2008 или 2009 г. завод никто строить не начал. В 2010 г. в Бишкеке случилась очередная революция, но новые власти подтвердили свои обязательства. Однако выяснилось, что разработчик так и не сделал сам проект и вступил в пререкания по поводу того, что хочет одновременно проектировать и строить.
В мае 2011 г. строительство, наконец, началось, но только в 2013 г. НЦКПМС нашел инвестора - корейскую компанию POSCO (ранее БРК, Народный банк, ИБР, "Сбербанк России" отказались от этой чести), которая в июле 2013 г. подписала кредитный договор на 25 млн. долларов под 5% годовых. В качестве залога НЦКПМС предоставил 2 здания в Алматы и 1 в Караганде (балансовая стоимость 32 млн. долларов).
НЦКПМС обещал построить завод за 15 месяцев, однако выяснилось, что предоставленные Кыргызстаном технические условия давно истекли, а проектная документация не только не получила государственную экологическую экспертизу, но и не была толком разработана. Тем не менее, кыргызы в 2014 г. в нарушение своих же законов разрешение на одновременное проектирование и строительство все-таки выдали, но "Авиньен" так и сдал проект с оценкой воздействия на окружающую среду. В феврале 2015 г. Госагентство по охране окружающей среды и лесному хозяйству КР забраковало проект, но после нескольких месяцев препирательств все-таки дало "Авиньену" карт-бланш.
К лету 2015 г. стало очевидно, что строительство фактически не началось, сроки реализации проекта по кредитному соглашению сорваны, сроки техусловий истекли, а цены на электроэнергию выросли за 8 лет втрое и льготный тариф никто уже не даст. В сентябре строительные работы остановились.
Тем временем, в ноябре 2016 г. НЦКПМС допустил дефолт по корейскому кредиту, но согласился повысить ставку с 5 до 10% годовых. Через год долг составил почти 35 млн. долларов.
Вопросом использования кредитов заинтересовалась ВАП, которая выяснила, что из 25 млн. в "Авиньен"были переведены 19 млн. долларов, 3 млн. НЦКПМС перевел партнерам из "ICMD Switzerland", 0,9 млрд тенге были сняты наличными из кассы и выданы наличными племяннику директора (он же бывший соучредитель "Авиньена") якобы для покупки земельного участка в Кыргызстане, хотя кыргызы предоставили его бесплатно (забавно, что деньги были выданы еще до кредита за счет бюджетной программы).
30 млн. тенге были выданы в качестве премии руководству НЦКПМС "за успешную и плодотворную работу по осуществлению проекта строительства завода ферросплавов в Кыргызской Республике". Еще 1,8 млн. долларов ученые-металлурги потратили на нужны центра, не связанные с заводом.
В общем, завод не был построен, а деньги пропали в неизвестном направлении. В 2019 г. "Авиньен" был признан банкротом, а НЦКПМС, на котором висит кредит в несколько десятков миллионов долларов (плюс капающие проценты), занялся арбитражным разбирательством с правительством Кыргызстана с тем, чтобы перевести долг на Бишкек. Кыргызы вежливо указывают, что они свои обязательства выполнили, но казахстанский партнер толком не разработал проект, затянул его начало, а потом просто вывез документацию и ушел, не заплатив строительным рабочим.
Вопрос дошел до всех возможных правительственных инстанций, который слишком долго глазели на регалии ученых-металлургов, но теперь ситуация вышла из-под контроля: в залоге оказались имущественные комплексы и оборудование всех базовых НИИ, а дефолт по кредиту случился еще 9 лет назад.
Похоже, тут открывается (или уже открылся) интересный фронт работы для следственных органов, которые наверняка изучат не только этот, но и предыдущие аспекты деятельности РГП "Национальный центр по комплексной переработке минерального сырья Республики Казахстан"...