Азамат Ибраев

Прежде чем продолжить обзор тех невзгод и злоключений, которые удивительным образом из года в год сопровождали возведение завода в Кыргызстане, будет явно нелишним более внимательно изучить некоторые юридические нюансы, связанные с самим казахстанским сплавом ферросиликоалюминия.
Как уже говорилось ранее, в начале 2011 года тогдашнее руководство РГП "НЦ КПМС" в лице Абдурасула Жарменова передала некой швейцарской компании патент на производство ферросиликоалюминия, после чего, вроде как, швейцарско-германскими партнерами было решено создать холдинг "ICMD" для дальнейшего продвижения продукта по всему миру.
Тогда детали этой сделки почему-то не разглашались. Известны они стали лишь в ходе последующих проверок, а также анализа и ревизии документации того периода времени.

С авантюрным налетом

Как выяснилось, швейцарским получателем патента была некая акционерная компания со швейцарской регистрацией под названием "Megalloy AG", деятельностью которой заявлялись "добыча, производство, обработка и сбыт сырья, металлов и сплавов".
Про саму компанию известно немного и сейчас. В открытых источниках (включая электронный реестр юридических лиц Швейцарии "Оpencorporates.com) можно найти лишь упоминание о том, что расположена это компания в городке Санкт-Галлен и имеет, как там говорится, несколько "альтернативных названий" – "MEGASIL Glass AG", "Megalloy Ltd.", "Megalloy SA".
Можно узнать и еще то, что эта фирма имеет юридическое право заниматься лизингом нематериальных активов, "управлять недвижимостью, предоставлять финансирование за счет третьих лиц и предоставлять гарантии и поручительства третьим лицам".
Также фирма особо упоминается в связи с получением патента на сплав "казахстанский" для раскисления и легирования стали (что, похоже, стало ее главным достижением в период всей трудовой деятельности). Собственно – все.
Хотя нет: еще крайне важный момент – в период передачи права на использование патента, в совет директоров этой швейцарской компании входили госпожа Мария Градобитова и… господин Юрген Хайн.
Тот самый, что уже знаком нам по немецкому холдингу "ICMD", который осенью 2011 года стал участником подписания меморандума о привлечении миллиарда долларов инвестиций на строительства двух заводов по производству ферросиликоалюминия.
И фактически выходило, что, когда в соответствии с лицензионным соглашением с держателем патента "Megalloy AG" компания "ICMD" получила эксклюзивные права на производство и реализацию сплава "Казахстанский" по всему миру, господин Юрген Хайн передал права на патент самому себе!
(Кстати, что любопытно – доверенность действовать от имени компании "ICMD" была выписана на сына Абдурасула Жарменова, что может свидетельствовать о весьма тесной связи тогдашнего руководства РГП с немецкой фирмой и желании именно такого исхода сделки).
Необходимость тогдашней передачи прав на казахстанский патент позже была обоснована самим Абдурасулом Жарменовым следующим образом:
"Мы обращались в различные инновационные фонды, банки. Меня вежливо выслушивали, а когда уходил, чувствовал, что смеялись. Мол, казахстанские ученые что-то придумали, чего в мире нет. Так воспринималось, пока патент не купили европейцы на очень хороших условиях.
Немецкая компания, занимающаяся продвижением патентов, оценила казахстанское изобретение в 360 млн. долларов – это оценка эффективности использования технологии. Роялти составляет 6,5% от тонны продукции, где бы та ни производилась. Обычно ученым дают, как правило, 2–3%. Это исключительные условия…", – рассказывал генеральный директор Национального центра по комплексной переработке минерального сырья в интервью казахстанскому деловому изданию "Курсив" в сентябре 2019 года. (О том, что все эти миллионы пока что оказались весьма эфемерными, в этом интервью, впрочем, не уточнялось)…
Что же касается непосредственно холдинга "ICMD", то согласно официальной информации, учрежден он был в январе 2012 года специально для "технологического сопровождения" производства ферросиликоалюминия и других ферросплавов, а также строительств соответствующих заводов в Кыргызстане и Казахстане.
Возглавил его гражданин ФРГ Юрген Хайн, который, к слову, до принятия немецкого подданства звался Юрием Заболоцким и был выходцем из СССР.
Вообще, таких управленцев вокруг "ICMD" сплотилось немало, например, можно назвать еще одного управляющего директора партнерской компании "HIG Hannoversche Immobiliengesellschaft mbH" Аркадиуша Слугоцкого (согласно Электронному реестру европейских компаний: топ-менеджера то регистрирующихся, то оперативно ликвидирующихся фирм, который периодически делит с господином Юргеном Хайном-Заболоцким и госпожой Евгенией Хайн руководящие должности в различных предприятиях с уставным капиталом, колеблющимся в пределах 25–50 тысяч евро).
"ICMD", в свою очередь, являлся дочерней структурой еще одной, созданной несколько ранее фирмы – базирующейся в Ганновере "Группе компаний HMT – Hannoversche Metall and Technology GmbH"
Эта "Группа компаний" до сих пор имеет свой небольшой интернет-портал, где с удовольствием рассказывает про сплав "Казахстанский", а также информирует о своих планах строительства заводов в Казахстане, Киргизии и Бразилии (в двух последних случаях, указано, что строительство заводов прервалось в 2016 году из-за "дефицита электроэнергии", "нестабильности политической ситуации в Киргизии" и других объективных причин, типа отсутствия земельного участка для строительства в Бразилии. Но компания, дескать, надеется возобновить строительство позже)…
Еще одним важным штрихом к общей картине сотрудничества бывшей дирекции РГП "НЦ КПМС РК" с европейскими партнерами является, если можно так сказать, доверчивать казахстанцев.
Например, принятие на веру громкого заявления Хайна-Заболоцкого о практически решенном вопросе по поводу сбыта продукции с крупным немецким концерном "ThyssenKrupp AG".
Что уж там было на деле – очередные меморандумы о намерениях, или банальные фантазии Юргена Хайна, но в реальности, участие концерна "ThyssenKrupp AG" в деятельности малоизвестного консалтера "ICMD", к сожалению, так и не подтвердилось...
Впрочем, как уже говорилось выше, о многих нюансах "международного партнерства" и степени влиятельности этих самих партеров, стало известно лишь гораздо позже.
А в те годы события продолжали развиваться самым причудливым образом.

Проблемный узел долгостроя

После получения в 2013 году займа от корейской компании "Posco M-Tech" на сумму 25 млн. долларов (с условием, что завод построят к июлю 2015 года), ставший к тому временем президентом Кыргызстана Алмазбек Атамбаев посетил Корею и лично убедился, что корейская сторона заинтересована в дальнейшей совместной работе.
"Нам удалось решить вопрос о строительстве ферросплавного завода в городе Таш-Кумыре. Им займется компания "Posco". Надеемся, что скоро завод заработает. С руководством корейского банка "Эксим" мы тоже провели переговоры и возможно будет открыта кредитная линия" – сообщил журналистам Атамбаев по итогам своего вояжа.
В самом же Кыргызстане продолжали создавать льготные условия для строительства. Например, в том же 2013 году, оперативно введя соответствующие поправки в Налоговый кодекс страны (!), компанию "Авиньон" персонально освободили от уплаты НДС на поставку оборудования для ферросплавного завода.
"Закон направлен на создание благоприятных условий для инвесторов по проекту строительства Кыргызского ферросплавного завода в городе Таш-Кумыр по производству ферросиликоалюминия, который реализуется в соответствии с постановлением правительства и вносит дополнения предусматривающее освобождение от уплаты НДС на поставку технологического оборудования и элементов ферросплавной печи, импортируемых на территорию Кыргызстана", – сообщили в те дни в пресс-службе президента Атамбаева. Заодно добавив, что на полную мощность завод заработает не позднее 2017 года.
В июле 2024 года строительную площадку посетил недавно назначенный на пост премьер-министра Кыргызстана Джоомарт Оторбаев, ничего особо выдающегося и примечательного не обнаружил, но оптимизма тем не менее терять не стал:
"Некоторые промедления в ходе строительства действительно есть. Но дело в том, что это уникальный проект. Трудности мы преодолеем, и в будущем в год завод сможет выпускать продукцию ферросиликоалюминия на сумму 650 млн. долларов. Но в мире цена на данную продукцию год за годом растет. В будущем сумма выпускаемой продукции которая вся будет уходить на экспорт может вырасти в год до миллиарда долларов. Кроме этого, ожидается создание до двух тысяч рабочих мест. Также завод будет выплачивать значительную сумму в виде налогов в бюджет государства…" – мечтал о перспективах тогдашний глава киргизского правительства. И заодно возлагал большие надежды на зарубежных инвесторов:
"Инвесторы из корейской компании "Posco" выделят в течение двух лет на строительство и запуск предприятия 100 млн. долларов. Из них уже 25 млн. мы получили, из этих средств 10 млн. должны освоить в этом году…"
В свою очередь, руководитель проекта Марат Раджибаев торжественно заверил, что завершение первой очереди строительства завода запланировано на май 2015 года.
Ни весной, ни летом 2015 года строительство, конечно же, не только завершилось, но наоборот, окончательно впало в "коматозное состояние", и в сентябре 2015 года, компания "Posco", так и не дождавшись никаких обещанных результатов, финансирование заморозила.
Но почему же все-таки встала стройка? Здесь сыграло сразу несколько факторов.
Помимо проверок, инициированных в первом квартале 2015 некоторыми депутатами Кыргызстана, обвинившими руководство стройки в нарушении природоохранного законодательства, одной из важнейших причин для решения по "заморозке" стали увеличивающиеся разногласия между казахстанскими и киргизскими государственными органами по поводу тарифов на электроэнергию установленных для будущего предприятия.
Дело в том, что к тому времени (после некоторых пертурбаций во властных структурах) в Государственном комитете промышленности, энергетики и недропользования Кыргызстана заявили о том, что, для получения льготных тарифов казахстанская сторона изначально должна была выполнить ряд обязательных условий, а именно: построить 2-ю и 3-ю очереди завода и реконструировать Уч-Курганскую ГЭС.
Но по версии киргизских чиновников, вместо того чтобы следовать эти договоренностям, "Национальный центр по комплексной переработке минерального сырья Республики Казахстан" выставил свои условия, а именно – стал настаивать лишь на индивидуальных преференциях для компании "Авиньон" в виде льготного тарифа на электроэнергию.
А точнее – киргизская сторона должна будет обеспечить ежегодную поставку до 50 МВт электроэнергии по тарифу 1 цент США за киловатт-час (в национальной валюте в пересчете по курсу Нацбанка КР) сроком на 10 лет.
И как отметили в Госкомпромышленности, такого тарифа нет даже у населения республики, не говоря об энергоемких промышленных предприятиях.
"Установление льготного тарифа на электроэнергию для одного хозяйствующего субъекта противоречит законодательству Кыргызской Республики. Предложенные кыргызстанской стороной варианты реализации инвестиционного проекта обсуждались на совещаниях с участием представителей РГП "НЦ КПМС РК" (Казахстан). Однако ни один из вариантов наших предложений казахстанской стороны не был одобрен", – говорилось в заявлении Государственного комитета промышленности, энергетики и недропользования Кыргызстана.
В общем, как бы там ни было, но строительство реально было заморожено. Да так надежно, что даже 30 работников охраняющих строительную площадку в течение года, не увидели ни одного сома своей зарплаты, о чем печально рассказывал СМИ директор предприятия Талант Исмаилов.
Что же до самой площадки, то из строений в наличии был только каркас печи и бетонные основания пары заводских помещений.

"Ушедшие" миллионы и "пришедшие" суды

Помимо неясностей с перспективами обеспечения электроэнергией, корейских партнеров из "Posco" волновала эффективность использования предоставленных ими 25 миллионов долларов.
Однако, в тот период времени четких и внятных ответов они так и получили.
Более определенно на эту тему высказались позже, в Высшей аудиторской палате РК (бывший Счетный комитет).
Проведенная в августе 2023 года аудиторская проверка ВАП выявила нецелевое расходование заемных средств.
Было установлено, что средства, предоставленные со стороны "Posco", использовались нецелесообразно и не в соответствии с первоначальными целями финансирования.
Вместо эффективного освоения бюджета на заявленные проекты, значительная часть средств перераспределялась без должного и прозрачного обоснования. Например, средства выводились через наличные операции, премии руководству, переводы аффилированным компаниям, в частности: переводы компании "ICMD" и компании "HMT". (Для примера – часть заемных средств от "Posco" было направлено для изрядного пополнения уставного капитала компании "ICMD", а то очевидно было негоже, как такая солидная фирма может пребывать с "уставняком" всего лишь в 25 тысяч евро. Вот когда он становится миллионным – совсем другое дело).
Были и еще более диковинные выплаты, например, перевод 911,5 млн. тенге (около 6 млн. долларов США по тогдашнему курсу) некоему казахстанскому гражданину, за якобы содействие в получении земельного участка (который на самом деле был передан кыргызстанской стороной ОсОО "Авиньен" безвозмездно и без всяких лишних бюрократических "проволочек").
Все это могло позволить предположить проверяющим, что в рамках реализации проекта строительства ферросплавного завода в Кыргызской Республике тогдашнее руководство РГП "НЦ КПМС РК" в лице генерального директора Абдурасула Жарменовв допустило ряд существенных нарушений и как минимум – несоблюдение финансовой дисциплины, нецелевое использование заемных средств, что в конечном итоге привело к незавершенности строительно-монтажных работ.
Кое-какое оборудование для завода, впрочем, было закуплено. По крайней мере, так утверждали сами организаторы заводской стройки.
В материалах СМИ того периода времени говорилось о том, что из завезенного импортного оборудования стоимостью 5,7 млн. долларов было смонтировано лишь на 2,7 млн., остальное оказалось складировано и стало приходить в негодность. (Правда, заместитель председателя Государственного комитета промышленности, энергетики и недропользования Кыргызстана Кубан Мырзаканов, тоже поднимавший эту тему, поспешил отметить, что его ведомство никаких ревизий не проводило и судить о вложенных средствах можно только со слов казахстанской стороны).
А долг перед корейской компанией "Posco", между тем, никуда "рассасываться" не пытался, а наоборот – только увеличивался.
В результате, в ноябре 2016 года РГП "НЦКПМС РК" допустил дефолт по внешним финансовым обязательствам, после чего вообще возникла угроза потери государственного имущества. (Согласно подписанным между партнерами соглашениям, при наступлении дефолта у кредитора появлялось право осуществлять свои права в отношении заложенных активов предприятия).
К декабрю 2017 года долг РГП "НЦ КПМС РК" перед POSCO достиг суммы без малого в 35 миллионов долларов, а заодно автоматически стал государственным, так как гарантом получения займа выступило республиканское государственное предприятие, а залогом – государственное имущество Республики Казахстан. (Кстати, в настоящее время общая сумма госдолга перед южнокорейским инвестором составляет уже около 44,5 млн. долл. США).
Положение усугубилось еще и тем, что в сентябре 2019 года ОсОО "Aвиньен" было признан банкротом. Его имущество, включая, мягко говоря, недостроенный завод ферросплавов, попытались было продать с торгов, но покупателей на проблемный и разрушающийся долгострой предсказуемо не нашлось.
С тех пор имущество обанкротившегося ОсОО "Авиньен" хранится как ликвидационная масса и оценивается в 2,5 млн. долларов США. (Правда, здесь надо учесть и то, что затраты на процедуру банкротства и кредиторской задолженности составили порядка 700 тысяч долларов США).
"Казахстанская сторона в принципе изначально не выполнила условия соглашения. Если бы они вовремя запустили завод, проблемы бы не возникло. Мы ищем возможность для продолжения контракта, но казахстанская сторона не готова к диалогу. Если стороны не придут к консенсусу, то невыполнение контракта о стороны казахстанской стороны фирм станет очередным бременем для Кыргызстана и поводом для судебных разбирательств…" – ругался в СМИ Кыргызстана заместитель председателя Государственного комитета промышленности, энергетики и недропользования Кыргызстана Кубан Мырзаканов.
Стоит отметить, что попытки решить вопрос со строительством предпринимались и на государственном уровне.
Например, проблемы долгостроя обсуждались на заседаниях казахстанско-кыргызского межправительственного совета в 2013, 2014, 2016 годах, однако, заключить проект инвестиционного соглашения о реализации проекта так и не удалось.
А суды все-таки начались. И что примечательно – истцом выступило само "РГП "НЦ КПМС РК" возглавляемое Абдурасулом Жарменовым.
В январе 2020 года было подготовлено исковое заявление, причем не куда ни будь, а прямиком в Гаагский арбитражный суд, в котором "указывалось на совершении Правительством КР ряда незаконных действий/бездействий которые в конечном счете привели к невозможности завершения строительства и ввода в эксплуатацию первой очереди завода".
В частности, по версии истцов, киргизское правительство не продлило необходимые разрешительные документы на строительство завода и вдобавок выставляло дополнительные требования, для выполнения которых было необходимо дополнительное финансирование. Заодно упоминались и "иные имевшиеся нарушения международных соглашений о защите инвестиций и положений закона "Об инвестициях в КР".
В связи с этим, истец требовал "Обязать Правительство КР выплатить РГП "НЦ КПМС РК" прямой действительный ущерб (убытки) в размере 48 825 968 долл. США, а также возместить расходы по арбитражным сборам". Также от правительства Кыргызстана требовали "возместить вред, причиненный деловой репутации РГП "НЦ КПМС РК" в размере одного миллиона долларов США".
Таким образом, общая сумма общая сумма иска, озвученного на процессе в Гааге составила порядка 50 млн долларов.
В арбитражном суде дело рассмотрели (процесс длился несколько лет) и в исковых претензиях отказали в полном объеме.
"Состав арбитров не установил каких-либо нарушений Кыргызской Республикой своих обязательств, которые бы привели к убыткам, заявленным истцом", – сообщили в Министерстве юстиции Кыргызстана осенью 2023 года.
Иными словами, суд решил, что требования казахстанской компании о компенсации каких-либо убытков должны быть полностью отклонены как необоснованные.
В октябре того же 2023 года адвокаты РГП "НЦ КПМС РК" проинформировали казахстанские деловые издания о том, что, по их мнению, при принятии решения арбитраж допустил как "процессуальные" ошибки, так и "ошибки по существу". И допустили возможность подачи апелляции в течение ближайшего месяца (правда, "после проведения всех консультаций").
С тех пор, в публичном пространстве о каких-либо судебных делах больше ничего не сообщалось…

"Моя попытка номер пять"

Таким образом, вставал вопрос об ответственности самих управленцев (в первую очередь это касалось тандема РГП "НЦ КПМС РК" во главе с Абдурасулом Жарменовым и германской "ICMD" Юргена Хайна), который попутно несколько лет усиленно продвигал казахстанский ферросиликоалюминий на европейском рынке, но, похоже, никаких реальных результатов так и не достиг.
В общем, согласно предписанию Высшей аудиторской палаты о необходимости возврата в бюджет незаконно выведенных денежных средств, какие-то конкретные действия так или иначе надо было предпринимать (причем, по возможности, делать это максимально публично), и казахстанско-германские партнеры решили действовать как в популярной песне 80-х годов: "Я в сотый раз опять начну сначала…".
По крайней мере, это было лучше, чем отвечать по закону за растрату вверенного имущества.
В 2024 году у РГП "НЦКПМС РК" и "ICMD" опять начались переговоры с руководством Кыргызстана, затем в дело включились представители различных ведомства двух государств, и в декабре 2024 года вопрос в очередной раз был вынесен на проходившее в Бишкеке заседание казахстанско-кыргызстанского межправительственного совета.
По итогам обсуждения уполномоченным органам двух стран (МПС РК и Минэкономики и коммерции КР) совместно с инвестором было поручено подготовить проект инвестиционного соглашения, предусматривающий благоприятные условия обеих сторон, а также обязательства инвестора по введению в эксплуатацию завода в течение двух лет с даты подписания этого соглашения.
В принципе, текст нового инвестиционного соглашения по возобновлению (и последующему завершению строительства завода) с привлечением компании ICMD. действительно был разработан, однако вызвал немало возражений и замечаний у представителей Кыргызстана.
Началось неспешное обсуждение нюансов, в ходе которых (согласно протокольным сообщениям): "Стороны выражают готовность к диалогу и выработке взаимоприемлемых условий сотрудничества, а также подтверждают заинтересованность во взаимодействии на экспертном уровне с возможностью проведения рабочих встреч в городах Астана и Бишкек".
Иначе говоря, процесс согласования деталей может быть достаточно долгим.
В итоге, кончилось терпене у руководства Казахстана, и в январе нынешнего года, приказом министра промышленности и строительства Республики Казахстан Абдурасул Жарменов был освобожден от должности генерального директора РГП "НЦ КПМС РК". А службой противодействия коррупции (СПК) КНБ по городу Алматы было начато расследование уголовного дела в отношении должностных лиц РГП "НЦ КПМС РК" по факту хищения денежных средств.
Кроме того, через Генеральную прокуратуру Республики Казахстан было направлено международное следственное поручение в Генеральную прокуратуру Кыргызской Республики "в целях обеспечения полноты, всесторонности и объективности расследования по вышеуказанному уголовному делу"...
Говоря простым языком, над устоявшимся тандемом Абудурасула Жарменова и Юргена Хайна начали сгущаться серьезные тучи и по удивительному совпадению буквально сразу после известия об отставке Жарменова, глава "ICMD" заявило том, что долгожданный инвестор для продолжения строительства завода все-таки найден.
То есть, внезапно произошло то, чего от немецкого партнера безуспешно пытались добиться в течение добрых полутора десятков лет!
Что же до подробностей, то по словам Юргена Хайна – объем привлекаемых инвестиций может составить 25 млн. долл. США (при минимально необходимых 53 млн. долл. США).

Вместо диалога – попытки шантажа?

В любом случае, это было лучше, чем ничего, но имелось важное "но": продолжать работу Юрген Хайн был согласен только в случае возвращения в кресло генерального директора РГП самого Абдурасула Жарменова.
Такое вот, практически ультимативное требование.
А в качестве дополнительного аргумента было озвучено напоминание о том, что владельцем эксклюзивной лицензии на производство сплава "Казахстанский" является компания "ICMD", в связи с чем продолжение строительства без участия указанной организации невозможно в силу защиты патентным законодательством.
(То есть, вот тут-то Казахстану и "икнулось" передача лицензии, произошедшая, как мы помним, еще в 2011 году и теперь, ставшая рычагом ультимативных требований, со стороны, к слову, напоминающих банальную попытку шантажа).
Параллельно, в феврале 2025 года директор ICMD Юрген Хайн обратился с письмом к премьер-министру Олжасу Бектенову и министру промышленности и строительства Ерсайыну Нагаспаеву, заявив, что, по его мнению, смена руководства РГП "НЦКПМС РК" парализовала реализацию начатого в 2013 году проекта.
И теперь, по заявлению немецкого коммерсанта, возобновить его можно лишь делегировав этой компании все полномочия по подписанию инвестиционного соглашения ну и само собой, вернув в кресло директора РГП Абдурасула Жарменова (без этого, ну совсем никак).
Что же до всех причин, по которым завод так и не был построен ранее, то и здесь был обозначен основной виновник.
По версии неудавшихся управленцев-строителей, таковым является никто иной…как бывший президент Кыргызстана Алмазбек Атамбаев.
Который, дескать, вовремя не обеспечил, тормозил, да и вообще-можно сказать препятствовал столь успешному в теории начинанию.
Мнение самого Атамбаева на этот счет, выяснить естественно пока никому не удалось.
Да и вряд ли удастся вообще – ведь возращение в Кыргызстан в ближайшее время для него вряд ли возможно и грозит серьезным тюремным сроком.
Так что, более удобного (и безответного) объекта для обвинения во всех бедах, постигших строительство завода в Таш-Кумаре, на взгляд его обвинителей из представителей прежнего руководства РГП и их немецких партнеров, найти было бы невозможно принципе.
Между тем, новое руководство РГП "НЦ КПМС РК", придя в себя после первичного ознакомления с ситуаций, стало искать более реальные пути выхода из кризиса
В частности, в письме в Комитет промышленности МПС РК было предложено провести полную экспертизу, ревизию и юридическую оценку объекта строительства ферросплавного завода.
Затем предлагалось изучить саму логистику поставок сырья, поскольку низкозольные углистые породы месторождения Таш-Кумыр могут оказаться в принципе непригодными для производства сплава.
И самое главное – проработать с юридической службой Министерства промышленности и строительства РК условия возврата средств от "ICMD".
Здесь предлагается передача РГП "НЦ КПМС РК" своей 71- процентной доли в обанкротившемся ОсОО "Авиньен" компании "ICMD".
Таким образом, после передачи доли ОсОО "Авиньен" перенимает на себя задолженность РГП "НЦ КПМС РК", включая начисленные проценты перед корейским концерном "POSCO", а компания "ICMD" должна возместить РГП "НЦ КПМС РК" необоснованно перечисленные бывшим руководством "НЦ КПМС" Абдурасулом Жарменовым и другими фигурантами уголовного дела денежные средства в размере 3 миллионов 793 тысяч долларов США.
Понятно, что Юргену Хайну такой вариант развития событий (при всей его законности и логичности) глянулся не сильно.
И предсказуемым результатом стало фактический саботаж дальнейших переговоров.
В адрес нынешнего руководства РГП направлялись малозначимые письма-отписки, а представители компании "ICMD" неоднократно откладывали визиты в Казахстан и встречи с новым руководством РГП "НЦ КПМС РК".
При этом, они отказались и от встреч в условиях ФРГ, ссылаясь на свои бесконечные командировки и вообще крайнюю занятость.
Истинной причиной всего этого, может быть, выражаясь политкорректным языком, "неспособность компании "ICMD" работать в условиях партнерства и эффективно решать возникающие вопросы".
А говоря более проще – откровенное нежелание работать в прозрачных условиях, и вернуть незаконно полученные средства.
Да и при таком раскладе, само наличие у "ICMD" некоего инвестора, желающего вложить в проект десятки миллионов долларов, мягко говоря, вызывает сомнение.
Уж больно неконтактным стал в последние месяцы немецкий партнер, в свое время столь щедрый на самые разные посулы и громкие обещания на тему "взаимовыгодного международного сотрудничества"…
А ведь решать вопрос все равно придется. Причем, и на правительственном уровне.
И заодно понять – как вернуть правообладание на эксклюзивный авторский сплав, разработанный казахстанским учеными и столь бездарно (а может даже и преступно) потерянный для его разработчиков предыдущим руководством РГП "НЦ КПМС РК", под юрисдикцию страны.
Ведь пока, этот поистине уникальный и широко востребованный в мире компонент, не только не принес стране той отдачи, которая была бы возможна при его массовом производстве и успешной реализации на мировых рынках, но и как говорилось в начале материала – стал невольным источником многочисленных скандалов и причиной для коррупционных правонарушений. Что, согласитесь, обидно вдвойне…