Татьяна Башкатова, "Костанайские новости", 5 октября

Они до последнего не верили, что за ними следят, а их телефоны прослушивают. Им казалось, что полицейские, которым они платят, должны были узнать об этом первыми. "Я платила им за собственную безопасность", - заявила на суде одна из наркосбытчиц, Алевтина Петренко.
Процесс над группой женщин, занимавшихся наркобизнесом, и десятью полицейскими, которые их покрывали за деньги и дозы героина, в специализированном уголовном суде в разгаре. Уже допрошена большая часть свидетелей. Среди них "бегунки" (наркокурьеры, развозившие по заказам героин по Костанаю), наркоманы, которые скупали наркотик, бывшие полицейские, которые за деятельное раскаяние и содействие следствию освобождены от уголовной ответственности и сейчас раскрывают все схемы "крышевания". На допрос одного их таких свидетелей, бывшего оперуполномоченного отдела по борьбе с наркобизнесом Амира Мнайдарова, в суде ушел почти весь рабочий день. Он выкладывал все обстоятельства, которые были связаны с эпизодами уголовного дела. Называл и имена тех полицейских, которых на скамье подсудимых не было. У прокуроров (их участвует в процессе трое) была цель "выжать" из этого свидетеля все, что могло бы подтвердить версию обвинения в том, что действовала организованная преступная группа. Защитники, напротив, старались ее "разбить". Главное в показаниях Мнайдарова – рядовые оперативники работали на наркомафию с деятельного согласия их непосредственного начальника (они даже возили ему деньги). Был и один интересный эпизод, как полицейские (в этом участвовал и сам свидетель) отбивали "бегунков" у своих же сотрудников.
Сложнее всего суду было допрашивать свидетелей – наркоманов. Первый вопрос, который им задавался, давно ли человек принимал дозу и может ли адекватно излагать известные ему обстоятельства. Некоторые признавались: "Нет".
На двух последних заседаниях на этой неделе решились давать показания подсудимые-женщины: Надежда Киселева, Алевтина Петренко, Резида Асылбаева. Все они отрицали, что работали в одной преступной группе. Стояли на том, что у каждой был свой бизнес, свои "бегунки" и свои доходы. Если верить всем троим, то чистый доход от миллионных героиновых сделок лично для них составлял копейки. Приходилось платить за сам товар, полицейским, их "нагревали" курьеры. Практически все шесть женщин, которые оказались на скамье подсудимых, имели в семьях наркозависимых: мужей, детей. И ни одна сама не принимала героин. В суде их взрослые дети, которые, кстати, тоже участвовали, например, в расфасовке героина, просто отказывались свидетельствовать против матерей – имели на то законное право.
Конечно, обвинение интересовала работа на наркобизнес полицейских. Опять звучали их прозвища – Куба, Кинотеатр, Косолапый... При этом та же Надежда Киселева (она, кстати, единственная, кто после начавшихся в августе прошлого года арестов сама пришла в ДКНБ) и заявила, что на скамье подсудимых – лишь десятая часть тех сотрудников полиции, которым все они платили. Суммы были разные – от двух тысяч за раз, до ста тысяч ежемесячно. Иногда брали героином, говорили, что для работы. Героином подкармливали наркоманов, которые проходили по уголовным делам, чтобы те, например, "раскололись" и начали давать показания.
О том, что Костанай буквально опутан сетью наркомафии, можно судить хотя бы по показаниям в суде Алевтины Петренко. По ее словам, заниматься этим бизнесом она начала еще в 2007 году, когда ее муж отбывал срок за наркотики. Сначала покупала у некоего Алояна, когда того арестовали, к ней явилась женщина из Киргизии и предложила свои услуги по доставке героина. Затем ее нашли две цыганки – Зина и Лариса, они тоже ушли в зону. Зато появился некто Вячеслав, парень во всех смыслах осторожный. Он даже дал ей сотовый телефон, по которому можно было звонить только ему. Через пару месяцев этот телефон менял. По словам Петренко, среди подсудимых она была единственной, кто сбывал героин оптом и не имел своих "бегунков". В ходе допросов на свет вышло много секретов наркомафии, например, по какой цене покупали и по какой продавали наркоманам героин, как и чем его разбавляли. По этому поводу женщины даже ссорились между собой. Это мог быть демидрол или какое-то другое вещество. По этому поводу Надежда Кисилева заявила, например, что боялась такого, потому что "... и так травим...".
Процесс продолжается.