NOMAD (Номад) - новости Казахстана




КАЗАХСТАН: Самрук | Нурбанкгейт | Аблязовгейт | правительство Мамина | правительство Сагинтаева | Казахстан-2050 | RSS | кадровые перестановки | дни рождения | бестселлеры | Каталог сайтов Казахстана | Реклама на Номаде | аналитика | политика и общество | экономика | оборона и безопасность | семья | экология и здоровье | творчество | юмор | интервью | скандалы | сенсации | криминал и коррупция | культура и спорт | история | календарь | наука и техника | американский империализм | трагедии и ЧП | акционеры | праздники | опросы | анекдоты | архив сайта | Фото Казахстан-2050















Поиск  
Понедельник 25.10.2021 10:08 ast
07:08 msk

Триумф безумия
75 лет назад канцлером Германии стал бывший бездомный австриец. Его звали Адольф Гитлер. Год спустя пламенный антисемит и националист превратился в диктатора немецкой державы. Как такое могло случиться? Это главный вопрос немецкой истории
05.02.2008 / история

Георг Бениш, Клаус Вигрефе, "Der Spiegel" // Перевод "Профиль", №№3-4, 2007

75 лет назад канцлером Германии стал бывший бездомный австриец. Его звали Адольф Гитлер. Год спустя пламенный антисемит и националист превратился в диктатора немецкой державы. Как такое могло случиться? Это главный вопрос немецкой истории.

Тот день, когда в Германии началась диктатура, был прохладный - по сведениям метеорологов, выше минус 3,4 градуса температура не поднималась. Почти весь день светило солнце, что, впрочем, не повлияло на мрачность событий.

Около 10 часов председатель Национал-социалистической рабочей партии Германии Адольф Гитлер вышел из гостиницы "Кайзерхоф" в центре Берлина и отправился к президенту Паулю фон Гинденбургу. Обычно резиденцией ему служил президентский дворец, но в то время он как раз был на ремонте. И потому Гинденбург, по Конституции первое лицо в государстве, ожидал Гитлера и его министров в имперской канцелярии. На 11 часов было назначено приведение к присяге.

Речь Гинденбурга длилась всего несколько минут. Он сказал, что удовлетворен тем, что в конце концов все устроилось. 85-летний глава государства согласно кивнул, когда Гитлер обещал уважать права главы государства - во благо всей нации, а не в интересах отдельных партий. И когда он заверил, что сделает все ради сохранения Конституции.

На этом Гинденбург церемонию завершил словами: "А теперь, уважаемые господа, вперед и с Богом!"

Это был понедельник 30 января 1933 года. Гитлер был у цели.

Всего за несколько лет до этого его партия НСДАП на выборах в рейхстаг изловчилась набрать 2,6% голосов. Многим она представлялась сборищем нелепых маргиналов. Чего ждать от партии, которая собирается лишить гражданства всех немцев иудейского вероисповедания, требует покончить с "процентным рабством" и сделать "физкультуру и спорт обязательным занятием" для всех?

Теперь же 44-летний Адольф Гитлер, родившийся в Австрии и только с 1932 года ставший гражданином Германии, не получивший образования и не имевший управленческого опыта, оказался во главе самой влиятельной державы в центре Европы.

Гитлеровский эксперт по пропаганде Йозеф Геббельс записал тогда, что все происходящее ему кажется сказкой. И у товарищей по "коричневой" партии ощущение было такое же. Вечером по Берлину прошли десятки тысяч партийцев с факелами. Их марш походил на огненный поток, отбрасывавший тревожные блики на лица и стены домов, - знамение того, что должно было случиться.

30 января 1933 года стало для Германии началом катастрофы. Гитлеру, которого "политические лидеры безумно недооценили", как отмечает историк из Аугсбурга Андреас Виршинг, потребовалось всего полтора года, чтобы установить неограниченную диктатуру в стране, на которую до этого мир нередко смотрел с восхищением. На ее культурные и научные взлеты, на нобелевских лауреатов, на изобретателей, на поэтов и мыслителей, на правовые устои и на эффективное социальное государственное устройство.

Теперь же произошел тот цивилизационный разлом, из-за которого Германия очень скоро станет империей зла. Права граждан были отменены в феврале 1933 года, рейхстаг лишен власти в марте. Некогда влиятельные земли с апреля лишены прав. Крупнейшие профсоюзы в мире распущены в мае. Немцы еврейского происхождения стали жертвами преследования, пыток и расправ. Политическая оппозиция посажена, изгнана, ликвидирована.

Как злокачественная опухоль, "коричневое" движение за несколько месяцев вгрызлось во все сферы жизни. Его с восторгом приветствовала непостижимо большая часть германского населения. Удивляться приходится не тому, что Гитлеру ради укрепления и расширения власти пришлось много поработать, - поражает, насколько мало для этого потребовалось усилий, отмечал британский биограф Гитлера Иан Кершоу.

После смерти Гинденбурга 2 августа 1934 года и Вооруженные силы спешно объявили о своем "безусловном подчинении" Гитлеру. Прежде армия присягала на верность Конституции. Так Германия превратилась в государство фюрера.

Бесспорно, после так называемого захвата власти представлялась не одна возможность остановить Гитлера. Но установленная уже к тому времени диктатура чрезвычайно осложняла эту задачу. Теперь оппозиции необходимо было устроить государственный переворот. Или же нужно было, чтобы другие страны отважились начать войну против Германии. Если бы 30 января 1933 года Гитлер не стал канцлером Германии, наш мир - и в этом нет сомнений - выглядел бы иначе.

И потому сегодня и, вероятно, в ближайшие десятилетия, а может быть, даже и века ключевой вопрос германской истории будет звучать: "Как такое могло случиться?"

Сегодня попытками дать ответ на этот вопрос можно забить целые библиотеки. Чего только не исследовали: насколько важны были террор (весьма важен, но это объясняет не все) и пропаганда (тоже весьма важна); из каких слоев было большинство избирателей нацистской партии (например, из протестантов Средней Франконии) и какие круги особенно противостояли нацистам (например, католики); какая часть офицеров восторгалась фантазиями Гитлера относительно жизненного пространства (более молодая) и почему социал-демократы не отважились на восстание (потому что опасались кровопролитного поражения).

Ученые заглядывали вглубь германской истории и за ее пределы, поскольку в 30-е годы демократия почила не только в Германии.

Окончательный ответ, формула, объясняющая все, до сих пор не найдена. Австралийский историк Кристофер Кларк, автор бестселлеров, написал, что остается нечто "совершенно непостижимое".

Относительно одного вопроса, однако, среди ученых царит согласие (а это немало, когда речь идет о такой сложной проблеме): триумф Гитлера не был случайным, не был он и неизбежным, как часто утверждают. Путь к нему пролегал не напрямую от истоков Веймарской республики к пропасти, несмотря на тяжелое наследие, которое первый демократический строй на германской земле получил от предшественников.

Была мрачная печать поражения в Первой мировой войне. Версальский мирный договор в 1919 году пришлось подписывать представителям новой Германии, а не побежденной кайзеровской империи. Германия вступила в права наследования одной седьмой своей территории, обязалась выплачивать высокие репарации и признала оговорку о вине в развязывании войны, возмущавшую современников больше, чем все прочее.

Страну разрывали глубокие противоречия. Левые силы боролись с правыми, и поединки их достигали накала почти гражданской войны. Они происходили во время революции 1918-19 годов, унесли более тысячи жизней, но еще долго отравляли политический климат в стране. В администрации, юстиции и среди военных у власти остались прежние элиты, мечтавшие вернуть времена кайзера. И конечно, из выдрессированных в повиновении верноподданных не могли в одночасье получиться свободолюбивые демократы.

Избирателям совсем не нравилась готовность партий к компромиссам, они ценили экстремизм. По веймарской Конституции можно было лишить правительство его полномочий, не создавая нового, как предусматривает Основной закон сегодня, с его конструктивным вотумом недоверия. Потому за 14 лет Веймарской республики сменилось 20 кабинетов министров.

И тем не менее у Веймара был шанс, хотя и небольшой. Это было в середине 20-х годов. Объем промышленного производства достиг уровня, сложившегося до Первой мировой войны, парламент просидел в Рейхстаге полный срок без перевыборов, министр иностранных дел Густав Штреземан вел дело к сближению Германии с бывшими противниками в войне, прежде всего с Францией. За это он первым из немцев получил в 1926 году Нобелевскую премию мира.

Писатель Стефан Цвейг описывает эти времена так: "Можно было опять работать, внутренне собраться, подумать о духовном. Можно было даже опять мечтать и надеяться на то, что Европа способна объединиться. Один миг в жизни мира казалось, что нашему настрадавшемуся поколению отпущено немного нормальной жизни". И если бы так шло и далее, немцы, вероятно, уже тогда научились бы ценить демократию, а не лишь после 1945 года.

Федеральной Республике Германии в годы ее основания посчастливилось получить все выгоды экономического бума. А Веймарская республика стала жертвой крупнейшей катастрофы в истории капитализма - мирового экономического кризиса.

В конце 1929 года в США лопнул гигантский спекуляционный пузырь. Курсы акций упали ниже, чем когда-либо до и после этого, и американцы отозвали свои краткосрочные кредиты из многих стран. Среди них были и те, которые должны были финансировать подъем веймарской экономики. А без заморских денег немецкое народное хозяйство развалилось как карточный домик.

Фантазии не хватит, чтобы представить весь драматизм этого процесса. Национальный доход упал настолько, что едва достигал половины этого показателя от 1913 года. Тысячи фирм разорились. В начале 1930 года безработными были около 3 млн трудящихся - примерно 15% всех рабочих и служащих. А позднее эта цифра удвоилась.

И из-за этого Веймарская республика лишилась того, что было ей важнее всего прочего: времени, необходимого, чтобы пустить корни.

Сегодня безработные зачастую живут скудно, но никто не голодает. А тогда было иначе. Страховку в случае отсутствия работы платили в течение 26 недель, и она составляла не более 80% от весьма скромной заработной платы. Позднее размер ее уменьшился, а срок выплаты сократился. Вскоре свыше трети всех немцев стали жить на социальные пособия. А более 1 млн людей не получали от государства никакого вспомоществования.

Голод и болезни охватывали все большие слои населения. Один англичанин, приехавший в Берлин, писал, что "каждое утро в огромном сыром и мрачном городе просыпаются молодые люди, чтобы начать еще один пустой день без работы. Они торгуют шнурками, побираются, играют в шашки в вестибюле биржи труда, отогреваются вблизи туалетов, болтают, бездельничают, воруют".

Многие, не находя выхода, кончали жизнь самоубийством.

Такое случалось, конечно, и в других странах, поскольку экономический кризис обрушился не только на Германию, но и на весь промышленный мир. В том числе на страны с большими демократическими традициями - Великобританию, США и Францию. Но там был богатый опыт парламентской демократии, что заметно облегчает разруливание кризисных ситуаций. И были устойчивые традиции, которые именно в беде порождали некую связывающую силу. Так, во Франции, когда разразился кризис, проснулись воспоминания о Французской революции 1789 года. И благодаря им, как утверждает историк Виршинг, радикалы правого и левого толка последней меры уважения к республике не утратили.

В Германии все было иначе. Страна объединилась лишь недавно и очень поверхностно. Веймарская республика была первым демократическим национальным государством немцев, тогда как противоречия были острее, чем где-либо: между партиями, между классами, между конфессиями, между поколениями.

Это наследие ХIХ века среди прочего позволило историкам утверждать, что у Германии свой, особый путь.

Не было общей и всех связывающей истории. Потому ненормальности приобретали особый масштаб: немецкие фашисты оказались более правыми, а немецкие коммунисты - более левыми, чем их французские товарищи. И такому широкому диапазону противостояло "политически дезориентированное, необъединенное социально и измотанное нуждой население", которое требовало, чтобы назвали имена виновных и спасителей.

В этой ситуации стало не важно, что у Гитлера практически нет достоинств, кроме большого демагогического дара. Он не смог окончить школу в Браунау, он провалился на приемных экзаменах в Академию изобразительных искусств в Вене, он некоторое время жил в ночлежке для бездомных. Это был человек без профессии, семьи, друзей, политик, в 1923 году предпринявший попытку государственного переворота, за что отсидел 13 месяцев в довольно комфортабельной камере в крепости.

Однако у Гитлера и его пропагандистов были ответы на оба вопроса. Виновными они представили "веймарскую систему", якобы опиравшуюся на левых и на евреев, а спасителем должен был стать сам Гитлер, предводитель - фюрер, как он велел называть себя своим сторонникам, с его идеей об историческом спасении через создание великогерманской "Третьей империи", то есть Германии, включающей в себя Австрию (а по возможности и другие регионы, где говорят по-немецки), - страны, которая должна править миром. Контекстная реклама Бегун

В своем национализме, антимарксизме и антисемитизме НСДАП ничем не отличалась от прочих правых партий. Но она производила впечатление более молодой и динамичной силы, была лучше организована и использовала современные технологии предвыборной борьбы.

В лозунгах Гитлера объединялось то, что, собственно, объединению не подлежало: консерватизм с реформаторством, изменчивость с преемственностью, отвержение и капитализма, и пролетаризации одновременно.

В политической жизни Германии такого прежде не бывало. НСДАП стала первой немецкой народной партией, как пишет исследователь избирательных процессов Юрген Фальтер. До того немцы в основном голосовали по социальному признаку: католики - за Немецкую партию центра или за Баварскую народную партию, рабочие - за коммунистов или социал-демократов, а прочие партии имели поддержку только в своих регионах.

НСДАП, напротив, собирала голоса из всех слоев общества, хотя протестантов и выходцев из среднего сословия, которые прямо-таки панически боялись снижения своего социального статуса, было больше, чем католиков, рабочих и безработных. Последние предпочитали голосовать за коммунистов.

Благодаря этому Гитлеру удалось увеличить число своих избирателей с 800 тыс. в 1928 году до 13,8 млн в 1932-м. В отличие от Ленина и прочих диктаторов своим приходом к власти он обязан демократическим выборам.

Однако до абсолютного большинства его партии было еще далеко. И кто знает, как бы эта история завершилась, если бы в те времена во главе республики стояли несгибаемые демократы.

Но Веймарской республике не везло. Почти все, что могло случиться плохого, случилось.

Целая плеяда лидеров демократической элиты ушла из жизни очень рано. Например, рейхспрезидент Фридрих Эберт (СДПГ) умер в 1925 году в возрасте 54 лет от запущенного аппендицита. Министр иностранных дел Штреземан скончался в 1929-м в возрасте 51 года от апоплексического удара. Несколько талантливых политиков были ликвидированы правыми экстремистами.

В итоге к решающему моменту крупных исторических личностей в Германии не оказалось. В Берлине некому было встать на пути необъявленной коалиции из консервативных и реакционных политиков, с одной стороны, и лидеров экономики - с другой. А они давно и сознательно разрушали Веймарскую республику. И это отличает историю Германии от процессов, происходивших в демократических странах, таких как Великобритания и США. Там во время кризиса представители элиты поддерживали существовавшую политическую систему.

Одним из главных могильщиков Веймарской республики был Курт фон Шлейхер из Бранденбурга, профессиональный офицер и первостатейный интриган. С 1929 года он занимал должность статс-секретаря в Министерстве обороны, которое впоследствии возглавил. К этому же кругу относился и друг Шлейхера Франц фон Папен из Немецкой партии центра. Аристократ из Вестфалии, женатый на дочери одного из владельцев керамической династии Villeroy & Boch, фон Папен сделал себе имя на отстаивании интересов крупных землевладельцев. Как и Шлейхер, он не принадлежал к политикам первой величины. Зато оба они имели доступ к Гинденбургу.

Упомянуть следует и статс-секретаря Отто Мейснера, многие годы руководившего канцелярией Гинденбурга и выступавшего за то, чтобы вождем стал Гинденбург. И, конечно, в этом круге нельзя не назвать самого президента Гинденбурга, героя Первой мировой, который, похоже, себя демократом никогда не считал.

При этом их целью был не "Третий рейх", как для Гитлера. Гинденбург и его единомышленники намеревались отобрать у парламента власть, изолировать социал-демократов, которые были единственной партией, защищавшей Веймарскую республику с начала и до конца, и, по выражению историка Кольба, создать "авторитарное государство, руководимое правыми политическими силами".

В этом их поддерживали влиятельные союзы предпринимателей. Прежде всего помещики из Восточной Пруссии и другие крупные землевладельцы, мечтавшие о возвращении монархии и, конечно же, о субсидиях для своих пришедших в упадок хозяйств. Против республики настраивали общественность и представители тяжелой промышленности, желавшие уничтожить социальную систему, созданную Веймаром.

Свой шанс Папен со товарищи получили 27 марта 1930 года. Большая коалиция из СДПГ, Немецкой партии центра и либералов в тот день не смогла договориться по пустяковому вопросу - о размере взносов в фонд страхования от безработицы. Канцлер от социал-демократов Герман Мюллер ушел в отставку, и Гинденбург выдвинул на его место аскетичного холостяка Генриха Брюнинга из Партии центра, убежденного националиста, который втайне симпатизировал монархии. Это был момент, когда серьезной проверке была подвергнута жизнеспособность демократии.

Можно считать доказанным, что влияние противников Веймарской республики было велико и в рядах буржуазных и либеральных партий. И то, что эти партии не пытались спасти республику, а, напротив, многие из их членов способствовали приближению ее конца, навсегда останется позорным пятном на истории немецкой буржуазии.

Впрочем, и на другой стороне баррикад совершались ошибки - у коммунистов. Они при каждом удобном случае подрывали авторитет республики, вызывая у буржуазии опасение, что дело может дойти до революции или гражданской войны. Но главным своим врагом они считали социал-демократов, которых называли социал-фашистами, что делало невозможным создание народного фронта как противовеса Гитлеру.

Брюнинг не стал пользоваться законами, которые нужно было проводить через рейхстаг, он правил с помощью так называемых чрезвычайных постановлений, которые подписывал Гинденбург. Когда же парламент стал протестовать, рейхспрезидент распустил его и назначил досрочные выборы, рассчитывая, что это увеличит представительство его союзников из числа консерваторов. Его расчет оказался катастрофическим просчетом. В итоге НСДАП Гитлера, до того момента бывшая карликовой маргинальной партией, разом получила 18,3% мест. 14 сентября 1930 года стало днем, когда "коричневое" движение заявило о себе в полный голос.

В рейхстаге устойчивых коалиций больше не складывалось, и правительства сменяли друг друга с нарастающей быстротой. Все зависело от того, что приходило в голову Гинденбургу, которому в 1930-м исполнилось 83 года. Вслед за Брюнингом канцлером в 1932 году был назначен Папен, всего несколько месяцев спустя - Шлейхер. Число полностью или частично безработных в стране тем временем росло и уже превышало 8 млн, составляя почти половину от всего трудоспособного населения страны.

Трудно поверить, но факт: такое бедственное положение отчасти создавалось намеренно. Вместо того чтобы стимулировать конъюнктуру, что уже тогда предлагал известный британский экономист Джон Мейнард Кейнс, Брюнинг довел хозяйство страны до банкротства, упорно снижая объем денежной массы. Замысел состоял в том, чтобы убедить союзников: Германия слишком бедна, чтобы платить репарации.

Тем не менее все чуть было не закончилось более-менее благополучно - наперекор брюнингам, папенам и гинденбургам. В конце 1932 года мировая экономика наконец вышла из долины кризисов. В то же время стало очевидно, что НСДАП свой электоральный потенциал исчерпала. Летом 1932 года за "коричневых" проголосовало 37,4% избирателей. Но уже на повторных выборах в ноябре число их сторонников существенно уменьшилось.

Гинденбург упорно отказывался назначать канцлером "австрийского ефрейтора", как он называл Гитлера. Это якобы было несовместимо с его "совестью и чувством долга перед отечеством". Ведь Гитлер, как подсказывала седовласому президенту интуиция, намеревался "использовать правительственную власть только в собственных интересах".

Для НСДАП - скорее движения, нежели партии - топтание на месте было равносильно катастрофе. Гитлер со своими соратниками не могли рассчитывать на то, что любовь протестного электората будет долгой. К тому же, не имея постов в правительстве, он не мог распределять между партийными активистами места у государственной "кормушки". "Все мы весьма удручены сложившейся ситуацией, прежде всего - перед лицом возникшей теперь опасности того, что партия может развалиться и все наши труды пойдут прахом, - писал Геббельс. - Давно пора нам прийти к власти". Жаль только, что шансов на это нет, отмечал партийный идеолог.

И тут Гитлеру пришла помощь - оттуда, откуда ее не ждали.

Обиженный фон Папен, разочарованный тем, что пост канцлера ему пришлось уступить своему другу Шлейхеру, жаждал получить еще один шанс. В январе 1933 года он убедил Гинденбурга дать согласие на коалицию Гитлера с беспартийными консерваторами и ультрареакционной Немецкой национальной народной партией, возглавляемой медиа-магнатом Альфредом Гугенбергом. За такое решение также ратовали статс-секретарь Мейснер и сын президента Оскар Гинденбург. Гугенберг, со своей стороны, заверял: "Гитлера мы нейтрализуем", "неожиданности исключены".

Фон Папен со своими соратниками втайне надеялись, что Гитлер обеспечит им поддержку в народе, которой они сами получить не могли.

При этом консерваторы, помогавшие Гитлеру вскарабкаться в седло, были настолько слабее вождя "коричневых", что ему просто не было необходимости изобретать какие-то планы установления диктатуры, хотя именно это многие Гитлеру приписывали. Гитлер не был политиком в обычном смысле, он был по складу характера революционером. Умея влиять на массы, он по бесцеремонности и жажде власти намного превосходил всех фон папенов этого мира.

И все же Гитлер власть не захватывал. Эту легенду позднее сложили его пропагандисты. Власть была ему передана. Вечером 28 января 1933 года Гинденбург поддался нажиму своего окружения - очевидно, обессилев от многомесячных правительственных кризисов и надеясь, что Гитлер сможет сколотить единый и сильный блок правых сил.

Через два дня Гинденбург назначил лидера партии "коричневых" канцлером Германии.

НСДАП получила в кабинете два поста из одиннадцати: Вильгельм Фрик стал министром внутренних дел, Герман Геринг - министром без портфеля, одновременно оставаясь президентом рейхстага. Фон Папен, успевший выйти из Немецкой партии центра, был назначен вице-канцлером, глава Немецкой национальной народной партии Гугенберг - министром народного хозяйства и продовольствия.

Новому канцлеру выпало править обществом, доведенным до крайней степени разобщенности. Это хорошо видно по тому, что в 1932 году более половины избирателей отдали голоса НСДАП и коммунистам - партиям, которые вели друг против друга кровопролитную борьбу и руководство которых одобряло политические убийства. По нынешним меркам таких политиков ждала бы тюрьма, тогда же их выбирали в рейхстаг.

Получилось, как с антисемитизмом и военными планами Гитлера, открыто изложенными им в программном труде "Майн кампф": большинство отдало ему свои голоса не из-за его враждебности к евреям и не из-за его склонности к насилию, но оно и не стало его удерживать. Веймарская республика была демократическим государством, в котором существовал дефицит демократов.

Несмотря на упадок, государственная машина Германии, к несчастью, сохранила работоспособность. В руки нацистов попал все еще хорошо смазанный аппарат, воспитанный в послушании начальству. В итоге переговоров с партнерами по коалиции из Немецкой национальной народной партии Гитлер добился, чтобы его сподвижник Геринг получил пост имперского комиссара Министерства внутренних дел Пруссии. Так нацисты получили контроль над прусской полицией - важнейшим после рейхсвера вооруженным формированием страны.

Геринг незамедлительно поставил на ключевые должности преданных партии людей. Для такого способа проведения "коричневой" революции был создан термин, заимствованный из электротехники, - "гляйхшальтунг", "согласное включение", то есть подчинение всех одному управляющему воздействию.

Теперь важнейшей для Гитлера задачей был роспуск рейхстага и проведение перевыборов. Он рассчитывал, что наличие "административного ресурса" обеспечит ему абсолютное большинство. После этого он планировал провести через парламент закон "О предоставлении чрезвычайных полномочий правительству", которым депутаты сами лишили бы себя власти, передав законодательные функции кабинету.

На первом же правительственном заседании Гитлер обозначил новый курс. "Предстоящие выборы в рейхстаг должны стать последними. Возвращения к парламентской системе необходимо избежать любыми средствами", - значится в протоколе. Гинденбург распускает рейхстаг, выборы нового состава назначаются на 5 марта.

При поверхностном рассмотрении первые шаги Гитлера кажутся законными. Современник Гитлера публицист Себастьян Хаффнер позже напишет, что фасад нормальной жизни сохранился. Люди ходили в театр и на танцы, кафе и кинозалы были, как и прежде, полны.

В то же время террор входил в жизнь Германии. Он еще был на втором плане, но уже присутствовал вполне явственно. В первые же недели пребывания Гитлера у власти на противников режима из числа левых обрушилась волна насилия, пыток, убийств.

Геринг требовал, чтобы прусские полицейские "не стеснялись применять стрелковое оружие". Для этого он издал нелепый, однако типичный для того времени указ, провозгласивший 25 тыс. членов штурмовых отрядов СА - военизированных формирований НСДАП - помощниками прусской полиции. Еще столько же "бойцов" влилось в ряды "друзей и помощников" режима из немецкого национального милитаристского союза бывших фронтовиков "Стальной шлем", а также из личной охраны Гитлера, СС. Все они носили белые нарукавные повязки, цвет которых, однако, символизировал отнюдь не готовность к капитуляции. На крайний случай наготове у Гитлера были еще 400 тыс. членов штурмовых отрядов СА.

27 февраля распространилась новость о пожаре в Рейхстаге. Устроил поджог анархо-коммунист из Голландии, тщедушный мужичок с нелепой гривой неухоженных волос по имени Маринус ван дер Люббе. Исходя из того, что известно сегодня, можно утверждать, что он действовал в одиночку. Ван дер Люббе был приговорен к смертной казни - варварский вердикт, правосудность которого была опровергнута лишь недавно. Со слов голландца, пожар должен был стать "символом всеобщего восстания против государственного порядка". Ван дер Люббе умер в 1934 году на гильотине.

Гитлер и Геринг сумели использовать зажженное им пламя в своих целях. "Это, господин вице-канцлер, знак свыше, - утверждал Гитлер в беседе с фон Папеном. - Если, как я склонен полагать, этот поджог - дело рук коммунистов, то мы обязаны раздавить красную чуму железной рукой".

Уже в ночь поджога полиция и отряды СА стали арестовывать коммунистов, социал-демократов и других левых. Члены СА безжалостно избивали своих жертв, некоторых - до смерти.

На следующий день в силу вступило постановление "О защите немецкого народа и государства", развязывавшее руки "коричневым" палачам и отменявшее основополагающие права (формально продолжавшей действовать) Веймарской конституции. Теперь любой человек в Германии мог быть арестован без предъявления обвинений и доказательств, разрешались квартирные обыски, вскрытие писем, прослушивание телефонных переговоров, вводилась цензура прессы. В стране было объявлено бессрочное чрезвычайное положение.

Нередко задают вопрос, почему никто не остановил Гитлера в начальный период его правления. Сама постановка вопроса свидетельствует о непонимании того эффекта, который вызывал террор. Он не только запугивал людей, но и встречал поддержку. Террор был доказательством дееспособности Гитлера. Он указывал коммунистам границы, за которые им не позволялось переступать.

Многие офицеры рейхсвера, являвшегося в Германии тех времен главной опорой власти, разделяли ненависть Гитлера к левым. В начале февраля 1933 года на тайной встрече с высокопоставленными офицерами рейха новый канцлер обещал полное искоренение марксизма. Завлекал Гитлер и перспективами увеличения вооруженных сил, а также восстановления всеобщей воинской повинности, что нарушало условия Версальского договора.

Военные безропотно принимали и даже приветствовали заявление главы правительства о грядущем "захвате нового жизненного пространства на востоке и его безусловной германизации". Не нужно было обладать большой фантазией, чтобы понять: получить "жизненное пространство" на востоке можно было только посредством войны.

Сложнее ответить на вопрос, почему миллионы коммунистов, социал-демократов и членов профсоюзов не объявили всеобщей забастовки.

Очевидно, что Гитлер такого поворота опасался.

Разумеется, никто не знал, решится ли в условиях массовой безработицы достаточное число трудящихся остановить работу, рискуя таким образом ее потерять.

Кроме того, социал-демократам было бы нелегко свергать правительство, которое по внешним признакам было законным. Ведь все эти годы они защищали Конституцию от радикалов как левого, так и правого толка.

Но главное, всем казалось, что у стачки было крайне мало шансов на успех: велика вероятность того, что личные войска Гитлера и лояльные к нему подразделения полиции утопили бы забастовку в крови.

Важно понимать: жертвы нацистов пока еще исчислялись не миллионами, а сотнями человеческих жизней. В такой ситуации всеобщая забастовка, которая могла привести уже к десяткам тысяч погибших, казалась людям бЧльшим злом. Поэтому до крупного восстания дело не дошло.

5 марта 1933 года немецкие избиратели поспешили к урнам - участие составило 88,8%. Это были последние хоть в какой-то мере свободные выборы в общегерманский парламент до 1990 года. НСДАП, предвыборная кампания которой проводилась при щедрой поддержке крупных промышленников, получила 43,9% голосов. Для нее это был разочаровывающий результат. А социал-демократы и коммунисты в сумме набрали более 30%.

Позднее, со ссылкой на эти цифры, многократно предпринимались попытки доказать, что большинство немцев никогда не голосовали за Гитлера. Однако партнер Гитлера по коалиции - Немецкая национальная народная партия - набрал еще 8%, и вместе они получили более половины мандатов.

Вот теперь "коричневый" канцлер смог в путчевой манере присвоить себе те полномочия, какими располагали правительства немецких земель. До этого его непосредственный контроль распространялся на Пруссию, которая с 1932 года находилась в подчинении берлинского правительства.

Отряды СА и СС маршировали по городам, оцепляли административные здания; всюду развевались знамена со свастикой; бургомистры, начальники полиции, целые правительства сдавались практически без сопротивления. В течение пяти дней все земли признали власть Берлина. Где по-другому не получалось, применяли грубую силу.

"Мы не говорим "око за око, зуб за зуб" - это не наши лозунги, - разглагольствовал вюртембергский гауляйтер Вильгельм Мурр. - Тому, кто выбьет нам глаз, мы оторвем голову, а тому, кто выбьет нам зуб, раздробим челюсть".

Появлялось все больше и больше мест для содержания под стражей и пыток, общее их количество превышало 160, и вскоре вошла в употребление зловещая фраза: "Не возникай, а то попадешь в Дахау!" По оценкам специалистов, к лету 1934 года число арестованных достигло 100 тыс., убитых - от 600 до 1000 человек.

После мартовских выборов пробил час Йозефа Геббельса, ставшего имперским министром народного просвещения и пропаганды - главой ведомства, призванного контролировать общественное мнение и добиваться, чтобы национал-социалистический режим превозносили с почти священным трепетом. 21 марта Геббельс организовал в Потсдаме театрализованное действо государственного значения - "День Потсдама".

Основная часть церемонии проходила в гарнизонной церкви, где покоится прах Фридриха Великого и его отца. Шел прямой радиорепортаж, школьников освободили от занятий. Гинденбург появился в форме прусского генерал-фельдмаршала. Гитлер, изображавший из себя государственного мужа, был одет в темный короткий однобортный сюртук.

На надгробия королей возложили венки, прогремел артиллерийский салют. Гитлер витийствовал: "Благодаря вашей мудрости, господин президент, ныне символы древнего величия обвенчались с молодой силой".

Пропагандистское действо в Потсдаме должно было доказать, что гитлеровское движение продолжает традиции империи Бисмарка, что это - новая Германия, взращенная на славе прусской истории.

Вместе с тем "День Потсдама" должен был эмоционально подготовить нацию к тому, что парламент отказывается от своей власти. Двумя днями позже был принят закон о предоставлении чрезвычайных полномочий правительству, официальное название которого куда более драматично: "Закон о ликвидации нищеты народа и рейха".

Заседание рейхстага началось 23 марта в 14 часов 5 минут. На стене в зале бывшей Оперы Кролля, приютившей парламентариев после пожара в Рейхстаге, над трибуной оратора нависала, устрашая собравшихся, огромная свастика. Входы в здание охраняли штурмовики, члены СС и "Стального шлема", некоторые орали: "Даешь закон о полномочиях, не то - взбучка!"

107 депутатов СДПГ и КПГ не явились - одних уже арестовали, другие из страха за свою жизнь бежали из страны. Гитлеру нужно было большинство в две трети голосов, поэтому министру внутренних дел Фрику и Герингу пришлось прибегнуть к уловке. Тех, кто отсутствовал без уважительной причины, объявили "присутствующими". Таким образом, бойкот заседания стал невозможным. Мандаты коммунистов решено было просто не считать, в результате "списочная численность" рейхстага сократилась на 81 человека.

Тем не менее коалиция из НСДАП и Немецкой национальной народной партии Гугенберга не могла обойтись без голосов Немецкой партии центра и Баварской народной партии - раздираемых внутренними противоречиями представителей политического католицизма. Заверив, что права христианских религиозных общин не будут ущемлены, Гитлер заполучил их голоса.

В 18 часов 16 минут слово взял председатель СДПГ Отто Вельс, речь которого стала последним произнесенным вслух выступлением в защиту демократии.

Вельс говорил спокойно, обдуманно, не обращая внимания на попытки нацистов сбить оратора смешками и выкриками, что неоднократно отмечено в протоколе. Социал-демократ "в этот исторический час торжественно исповедовал принципы человечности и справедливости, свободы и социализма". Наконец он обратился к главе правительства со словами: "Никакой закон о полномочиях не даст вам полномочий уничтожить идеи, вечные и бессмертные".

Гитлер был взбешен. По пути к трибуне он отшвырнул от себя вице-канцлера фон Папена, который пытался его успокоить. "Да мне и не надо, чтобы вы голосовали за него, - кричал он, повернувшись в сторону социал-демократов. - Германия должна получить свободу, но только не от вас!"

Вскоре после этого Вельсу пришлось бежать, он скончался в 1939 году в Париже.

В конце концов закон поддержали 444 депутата - более чем убедительное большинство. Среди них был и будущий президент ФРГ Теодор Хойс. Против проголосовали лишь 94 депутата из социал-демократов.

Теперь "к общему знаменателю" стремительно были приведены все сферы политики и общественной жизни. С приходом Гитлера к власти антисемитизм стал государственной доктриной. 1 апреля 1933 года НСДАП организовала по всей Германии акцию, призвав к бойкоту еврейских торговцев, врачей и адвокатов под лозунгом "Немцы! Не поддавайтесь!". Однако вскоре из-за слабого общественного резонанса и, наоборот, острой реакции вне Германии акция была прекращена.

7 апреля в силу вступил закон "О восстановлении профессионального чиновничества", который, вопреки своему названию, подразумевал увольнение с государственной службы неугодных чиновников, прежде всего евреев и идеологических противников Гитлера. На их места назначались члены национал-социалистической партии. Родилось новое понятие - "арийский параграф". Дословно он гласил: "Чиновников неарийского происхождения отправить в отставку".

Культ вокруг личности Гитлера принимал формы, превосходившие даже почитание основателя империи - Бисмарка. В немецком обществе тогда была сильна ностальгия по сильному государству и стабильности. Гитлер утолял эту страстную жажду, глубоко укоренившуюся в политической культуре страны. Парадоксальным образом это одновременно означало кровопролитные перемены, правда, только для меньшинства.

Было немало бургомистров, которые присваивали канцлеру звание почетного гражданина их городов, в его честь переименовывали улицы и площади. Знаменитая рыночная площадь в Нюрнберге Хауптмаркт вскоре превратилась в площадь Адольфа Гитлера, озеро близ Оппельна (сегодняшнее название этого города в Польше - Ополе) - в озеро Гитлера, и даже целый населенный пункт - г. Зуцкен в Восточной Пруссии - стал называться Гитлерсхее, Высотой Гитлера. Из-за большого наплыва желающих пришлось приостановить прием в НСДАП. "Гляйхшальтунг" охватила многие организации, институты, профессиональные ассоциации, объединения, союзы. Проходила она "преимущественно добровольно и воспринималась с энтузиазмом" - таков горький приговор историка Кершоу. Безумие торжествовало.

Современник Гитлера Хаффнер впоследствии говорил о некоем "нервном срыве", постигшем весной 1933 года по меньшей мере некоторую часть немцев: "Поначалу сотрудничать начинали из страха. Но потом, однажды решившись на сделку с совестью, из страха работать уже не хотели - ведь это низко и достойно презрения. И тогда люди пестовали в себе соответствующие убеждения. Такова была распространенная психологическая модель победы национал-социалистической революции".

Но была у нее и материальная подоплека. В результате чисток повсеместно появлялись места и возможности для карьерного роста новой элиты, которая помнила, кому она обязана своим взлетом.

А потом Гитлер пожал плоды чужого труда: его люди воспользовались разработанной их предшественниками программой создания рабочих мест, для которой уже даже были выделены бюджетные средства. Одновременно и независимо от действий нацистов начался конъюнктурный подъем.

В результате число безработных с 6 млн человек в феврале 1933 года уменьшилось до 5,3 млн в мае, 4,5 млн в августе и 3,7 млн в ноябре. Спустя годы современники будут с ностальгией вспоминать так называемые "хорошие годы" национал-социалистической диктатуры.

Общепринятым знаком лояльности стал жест, заимствованный у итальянских фашистов: вытянутая перед собой правая рука. В середине июля 1933 года "немецкое приветствие" стало обязательным для чиновников. Тот, кто по причине увечья не мог поднять правую руку, должен был пользоваться левой. Два слова и восклицательный знак - "Хайль Гитлер!", "Да здравствует Гитлер!" - были внешним свидетельством того, что Германия превратилась в "государство фюрера".

Правда, диктатору оставалось решить еще одну, очень серьезную проблему. К 1934 году до 4 млн человек разрослась партийная армия - штурмовые отряды СА. Их командующий Эрнст Рем, принадлежавший к числу тех немногих, с кем Гитлер общался на "ты", все энергичнее стремился выбиться наверх. Рем видел в отрядах СА собственно армию национал-социалистического государства и считал себя вторым человеком в Германии.

Однако в стране была и настоящая армия, рейхсвер, которая расценивала амбиции "штурмовиков" как незаконные притязания на свои привилегии. Она подчинялась президенту Гинденбургу, и Гитлер собирался стать его преемником на этом посту, ведь для грядущей экспансии ему был нужен рейхсвер.

Долгие месяцы Гитлер не мог решиться. Это был самый критический период его режима. Если бы он сделал выбор против рейхсвера, возникла бы опасность военной диктатуры. А выбор против "штурмовиков" мог привести к бунту среди его приверженцев.

Летом 1934 года Гитлер "разобрался" с друзьями - так, как разбираются гангстеры в фильмах про мафию.

На 30 июня он назначил в курортном местечке Висзее в Верхней Баварии совещание - Рем с несколькими соратниками жили там в отеле "Гансльбауэр".

Ранним утром Гитлер появился в отеле. За ним следовали двое сотрудников уголовной полиции, пистолеты которых были поставлены на боевой взвод. Рем еще спал. Гитлер, как впоследствии вспоминал его водитель Эрих Кемпка, прокричал: "Рем, ты арестован!" Тот сонным голосом пробормотал в ответ: "Хайль, мой фюрер!"

Рем был доставлен в одну из тюрем Мюнхена и там убит. Вместе с ним Гитлер приказал ликвидировать и многих сторонников предводителя СА. Убийцы объявляли своим жертвам: "Фюрер приговорил вас к смерти. Хайль Гитлер!" Потеряв лидеров, отряды "штурмовиков" стали недееспособны.

В Берлине кровавой расправой над "штурмовиками" (под кодовым названием "Колибри") занимался Геринг, причем он распространил ее и на "реакционеров", как на жаргоне нацистов теперь именовались приверженцы Папена. Убили и его пресс-секретаря, и писателя, составлявшего для него речи. Предшественника Гитлера, Шлейхера, застрелили вместе с его женой и доверенным лицом, генерал-майором Фердинандом фон Бредов.

В результате первой волны убийств в Третьем рейхе погибло не менее 85, а по некоторым оценкам, даже около 200 человек.

Закон о предоставлении чрезвычайных полномочий дал Гитлеру возможность легализовать эту кровавую бойню задним числом, продемонстрировав таким образом, что в Германии окончательно восторжествовал произвол диктатора. Правительство приняло закон, состоявший всего из одного параграфа: "Меры, принятые 30 июня, 1 и 2 июля 1934 года для предотвращения попыток государственной измены, считать правомочными как необходимую самооборону государства".

Гитлер был уверен, что его действия одобрит большинство граждан. "Штурмовики" были в массе своей надменны, заносчивы и грубы. Народ их боялся. Неудивительно, что против такого террора не протестовал никто - ни церковь, ни рейхсвер, хотя среди жертв оказались и двое армейских генералов. Напротив, армия даже поддержала кровавую расправу с конкурентами и приняла обоснование, что Гитлер - "верховный судья немецкого народа".

Так армейские генералы стали сообщниками противоправного государства, и военный министр Вернер фон Бломберг объявил о намерении "непосредственно после смерти господина президента привести солдат и офицеров вермахта к присяге Гитлеру". 2 августа 1934 года Гинденбург умер.

За несколько дней до его кончины Гитлер издал закон, отменявший должность президента и вводивший новую - "фюрер и рейхсканцлер Германии". Теперь он стал всем: верховным командующим, верховным судьей, главой правительства, главой государства, тоталитарным диктатором, пользующимся при этом поддержкой миллионов немцев.

Фундамент был заложен.

61 месяц спустя Адольф Гитлер осуществил свой замысел: в сентябре 1939 года была объявлена Вторая мировая война, вскоре после этого начался Холокост. Итог: более чем 60 млн человеческих жизней и разрушенный континент. Контекстная реклама Бегун


Поиск  
Версия для печати
Обсуждение статьи

Еще по теме
Рыцарь истории 27.02.2008
В справочнике - только женщины! 27.02.2008
Первый частник 26.02.2008
Третий "Золотой человек" 25.02.2008
Народа верный сын 25.02.2008
Службе охраны Главы государства - 16 лет 11.02.2008
Об истории края от бургомистра до акима рассказала новая книга 06.02.2008
К тайнам короля Артура 05.02.2008
Триумф безумия 05.02.2008
Из истории алматинских "пионеров". Часть 4. 25.01.2008

Новости ЦентрАзии
Дни рождения
в Казахстане:
25.10.21 Понедельник
82. КОСЕНКО Виктор
81. ЕСКЕНДИРОВ Кайрулла
79. КАЙРУЛЛАЕВ Корганбек
76. БАЙГУТ Мархабат
76. КАЛИЕВ Кудайберген
74. АЛИБАЕВ Айтбай
72. РЫСКАЛИЕВ Амангельды
70. ИЗБАНОВ Мухит
69. ТУЛЕНБАЕВ Мурат
67. МАХАРИНЕЦ Юрий
67. ФАТКУЛЛИН Рашид
64. ЖАСУЗАКОВ Сакен
64. КАРАМАНОВ Серик
64. ХАКИМОВ Шамиль
62. КОНАКБАЕВ Серик
...>>>
26.10.21 Вторник
93. МИРОШХИН Олег
74. ЖУМАБАЕВ Айтмукан
72. КОСУНОВ Алмас
69. БАЛТАБАЕВ Базарбай
69. ИЗБАСХАНОВ Кылышбек
69. НИ Любовь
68. КАЖЕНОВ Ауезнур
67. БУЛЕГЕНОВ Ергали
67. ТАЖЕНОВ Амангельды
66. УЖКЕНОВ Булат
64. ЗОЛОТНИЦКИЙ Андрей
62. КАЛАШНИКОВА Наталья
61. ЖОРГЕНБАЕВ Жанболат
61. МЕРГАЛИЕВ Серик
60. ЖАНДОСОВ Ораз
...>>>
27.10.21 Среда
78. САРИН Амангали
76. ЦОЙ Владимир
75. БИШИМБАЕВ Валихан
69. МАДЖУГА Виктор
67. УАНДЫКОВ Берик
64. ИЛЬЯСОВ Абдырзак
63. АЛСАБЕКОВ Хусаин
62. ЖУКЕНОВ Абдрашит
60. ЖАРАСПАЕВ Алияр
60. НУРЫШЕВ Камбар
60. ТОЛКИМБАЕВ Габит
59. ГАЯЗОВ Бахытжан
59. ШЕРМУХАМЕТОВ Бейбут
59. ЯКУШЕВ Юрий
56. АХМЕТОВ Сапар
...>>>


Каталог сайтов
Казахстана:
Ак Орда
Казахтелеком
Казинформ
Казкоммерцбанк
КазМунайГаз
Кто есть кто в Казахстане
Самрук-Казына
Tengrinews
ЦентрАзия

в каталог >>>





Copyright © Nomad
Хостинг beget
Top.Mail.Ru
zero.kz