"Коммерсант-Ъ", 28 июля

На Ближнем Востоке идет настоящая война, и война эта совершенно не отвечает интересам США. Наоборот, конфликт усложняет положение Соединенных Штатов в регионе. Война в Ливане подхлестывает антиамериканские настроения в мусульманском мире, укрепляет позиции "Хезболлы", отвлекает внимание от иранской ядерной проблемы, затрудняет жизнь дружественным США ближневосточным режимам. Однако Соединенные Штаты не спешат вмешаться в ситуацию. Морпехи США в количестве 40 человек высадились в Ливане лишь для того, чтобы помочь эвакуации американцев.

Аналитики в последнее время все чаще говорят, что, придерживаясь по-прежнему жесткой, неоконсервативной линии на словах, администрация Джорджа Буша на практике отказалась от "ковбойских" замашек. Слова остались, но былой решительности нет, госсекретарь Кондолиза Райс все больше опирается на дипломатию и договоренности. В своей недавней колонке в британской The Guardian историк Тимоти Гартон Эш пишет, что в мире, похоже, и вправду наступила эпоха "многополярности", о которой все последние годы мечтали политики из Москвы, Парижа и Пекина,– гегемония США оказалась лишь кратким эпизодом. Никакого мирового полицейского в действительности нет.

Американская внешняя политика действительно эволюционирует. И тому есть не только внешние причины. Последние опросы общественного мнения говорят о серьезном сдвиге в восприятии американцами ближневосточной проблематики. По данным Pew Research Center, уровень поддержки Израиля в США опустился в июле до самого низкого уровня за последние несколько лет – позицию Израиля в палестино-израильском конфликте поддерживают лишь 37% опрошенных. По данным опроса, проведенного Gallup и газетой USA Today, 47% американцев не одобряют ввод израильских наземных войск в Ливан ("за" – лишь 40%), 65% считают, что США не должны вставать в этом конфликте на сторону ни Израиля, ни "Хезболлы". По данным опроса, проведенного CBS News и New York Times, 46% считают, что ответственность за конфликт равно несут обе воюющие стороны. Эффект, произведенный на американцев событиями сентября 2001 года, слабеет.

Подобные настроения накладывают серьезные ограничения на внешнюю политику США – особенно накануне предстоящих осенью этого года промежуточных выборов. По последним данным Pew Research Center, лишь 36% американцев одобряют деятельность Джорджа Буша как главы государства. Половина американцев считает вторжение в Ирак ошибкой – это самый высокий уровень с начала войны. По данным опроса Gallup и USA Today, 56% не одобряют действия администрации Буша на Ближнем Востоке в целом, а 67% считают, что у Белого дома нет продуманной ближневосточной политики.

Самое главное, чего опасаются американцы, это втягивания США в очередную войну в регионе. По данным CBS News и New York Times, лишь 33% считают, что США обязаны примирить Ливан и Израиль, тогда как 58% полагают, что это не дело США. Поэтому неодобрение ближневосточной политики Буша скорее относится к предыдущим шагам и действиям администрации в регионе, а пассивная позиция США в нынешнем конфликте, наоборот, находит поддержку у избирателей: 53% считают нынешний уровень вовлеченности Америки в конфликт оптимальным, 40% полагают, что США не должны делать "ничего" – ни поддерживать, ни критиковать Израиль. Когда же речь заходит об отправке международных миротворцев, 32% высказывается против, а 28% хотя и выступают "за", но только без участия солдат США.

Пожалуй, делать вывод о наступлении "многополярности" все же преждевременно. Других центров силы, способных оказать серьезное влияние на ситуацию, не просматривается. И Тимоти Гартон Эш скорее прав в другом – очень похоже, что в сегодняшних условиях столь желанная "многополярность" означала бы скорее не "многополярный мир", а "многополярную войну".

Не желают втягиваться в чужие конфликты не только американцы. Редкий случай – ливанское правительство заинтересовано в том, чтобы международный контингент помог ему взять контроль над южной частью страны. Однако мировое сообщество не спешит с организацией подобной помощи. Этому препятствуют как политические разногласия, так и нежелание населения этих стран участвовать в чужих войнах.