Данияр Ашимбаев, 29 октября

В последнее время в сети появляется большое количество разоблачительных материалов или, как у нас его называют, "слив компромата" в отношении лиц и структур, занимающихся вопросами цифровизации.
Последнюю неделю в глаза бросаются разборы полетов по одному крупному инфраструктурному проекту, связанному с энергетикой и внедрением ИИ. Суть всех материалов сводится к тому, что происходит грандиозный распил с крайне неоднозначными последствиями для экономики и экологии.
Такие вещи не происходят спонтанно. Можно предположить, что либо речь идет о противостоянии двух различных групп влияния, либо о том, что есть понимание того, что крупные запланированные проекты окажутся пшиком не дадут ожидаемого эффекта и все закончится громкими уголовными делами.
Впрочем, особых попыток опровергнуть критику со стороны заинтересованных лиц не последовало.
Вчера вот вылезла тема провала ряда других энергетических проектов, инициированных в период, исключающий возможность перевести стрелки на прежних руководителей, тем более что речь идет о сферах, где совсем уж случайные люди не оказываются.
Уже год обсуждается тема фискальной реформы, которая оправдала все риски, о которых предупреждали эксперты, бизнес и депутаты. Однако та же фискально-бюджетная модель не просто запланировала на следующий период, но и, как сейчас модно говорить, сильно масштабирована.
Одновременно реализуется реформа социальной политики, которая сидит на вполне здравых аргументах, но проводится втихую, без адекватного разбора причин и уж тем более последствий.
Ушедший парламент с подачи правительства в июне мощно оптимизировал законодательство, причем ни те, ни другие не стали даже пытаться комментировать эти решения. Исправили не только громкие поправки в закон о животных, но и перевели порядок начисления пособий из Социального кодекса в ведение правительства и уполномоченного органа. По мере такого, как ситуация стала выплывать наружу, выяснилось, что адекватно и убедительно аргументировать решение просто некому.
Вопрос чрезмерности бюджетных пособий относится не только к ленивому социуму-иждивенцу, но и системе распределения средств в социальных (и иных) ведомствах. Много лет стоит вопрос, скажем, о том, куда и как идут миллиарды на "охват мерами занятости".
Многочисленные неприглядные факты в системе здравоохранения и образования связаны не с врачами и учителями, а с менеджментом и чиновничеством.
Если посмотреть на динамику резкого увеличения социальных платежей из бюджета, то можно обнаружить неприятный исторический факт.
Хороший разбор полетов правительство делало в отношении средств ФСМС. Почему бы сейчас не повторить эту модель? Показать данные аудита, наказать виновных, объяснить свои действия? Правительство же это умеет. Неплохо было бы обзавестись вице-премьером по социальной политике, желательно авторитетным и опытным управленцем, умеющим разговаривать с журналистами, экспертами и людьми, в конце концов.
Сейчас даже официальная статистика указывает на сложную социальную обстановку в стране.
Нужны очень взвешенные решения, грамотная и аргументированная пропаганда. Иначе может создаться ложное впечатление, что социальные бюджеты урезаются, чтобы пойти на финансирование неоднозначных инфраструктурных проектов с высокими коррупционными рисками и низкой эффективностью.
У нас действительно есть потребности в развитии инфраструктуры - и социальной, и энергетической, и транспортной.
Для логистики сейчас открылось уникальное окно возможностей благодаря двух военным конфликтам. Но в этой сфере есть конкуренция и действительно нужно действовать оперативно.
Энергетические мощности нужны для преодоления энергодефицита, а не только для массовой ИИ-зации, которая зачастую не оправдывается никакой логикой. Понятно, что уровень интеллекта в целом снижается и многие пытаются его компенсировать с помощью цифровых решений, но проводимые исследования показывают, что такой вариант еще больше отупляет пользователей.
Нужна модернизация социальной и коммунальной инфраструктуры, но без самодурства и массового распила на ненужные вторые-третьи бордюры.
У нас есть интересные примеры массовых государственных капиталовложений в строительство и еще более интересные с точки зрения госаудита и антикоррупционной службы схемы государственно-частного партнерства в особо крупных размерах. Особенно в сфере образования и здравоохранения.
Это же все-таки классика: анализ, целеполагание, учет рисков, планирование, реализация и контроль. Модель, конечно, давно в мире нигде не работает, но хотя бы общая схема должна присутствовать. GR, PR, Ai - это сопутствующие элементы, а не базовые.