Николай Ульянов, Страна.Ру, 24 ноября

Спокойная, фактически благожелательная реакция российской дипломатии на отставку президента Грузии Эдуарда Шеварднадзе, конечно, объясняется многими причинами. В немалой степени тем (и об этом в ближайшее время аналитики будут говорить как о главной причине), что г-н Шеварднадзе не оправдал надежд российских элит, руками которых он и был посажен в свое время на президентский трон в Грузии.

Шеварднадзе, будучи очевидным ставленником Москвы времен царства Бориса Ельцина, не только не стал верным вассалом Первопрестольной в Грузии, но и в силу своих псевдоидеологических метаний между Москвой и Вашингтоном на протяжении многих лет отравлял только-только складывающуюся атмосферу взаимопонимания между Россией и США и всячески усложнял проведение РФ политики постинтеграции в кавказском регионе. В отличие, скажем, от другого бывшего члена Политбюро ЦК КПСС Гейдара Алиева, оказавшегося в силу большей лояльности к Москве в гораздо лучшей ситуации. Однако вовсе не эта причина стала решающей для политической судьбы "хитрого лиса" г-на Шеварднадзе.

Главная проблема Шеварднадзе заключалась в другом. Он не уловил духа времени. К сегодняшнему дню на постсоветском пространстве произошла глобальная ротация политических элит. Успехом в бывших советских республиках пользуются политики нового образа мышления. В основе их действий лежит прагматизм, а не идеология. Причем, идеология ими не отвергается, но является второстепенным инструментом политики.

Основой для идеологии в любом постимпериалистическом обществе может быть либо тяготение к бывшему государственному идеалу, то есть империи, либо его отрицание. Это естественно, потому что большинство граждан этих новых государств вышли из империи и ничего другого, кроме как из книжек и телесюжетов, не знают. В период распада СССР, понятно, эти идеологические мотивы вышли на первое место, что и определило степень разрухи в первые постсоветские годы в этих новых государствах.

Элиты остались теми же, что и до распада, и мыслили соответственно такими же категориями. Однако по прошествии десятка лет жизнь все расставила на свои места. Главы государств бывшего СССР - убежденные антиимпериалисты ушли, не выдержав испытания в новых условиях. Кто-то покинул политическую площадку мирно, кого-то просто вышвырнули те новые силы, для которых они, вроде бы, и старались. Так, ушли главные создатели постсоветской Реформации - Шушкевич, Кравчук, и, несколько позднее, Ельцин. Ушли первые лидеры послеимпериалистических Прибалтики и Кавказа. Это был естественный процесс, поскольку лидеры маленьких государств, вовсю зависимых экономически от прежней метрополии, не способны были в силу своей аллергии к Москве создать нормальные социальные условия жизни в собственных новоиспеченных государствах, многие из которых не имели прежде опыта самостоятельного существования.

Сегодня у власти в большинстве европейских (тюркские - отдельная история) республик бывшего СССР стоят политики нового формата. Они поддерживают подчеркнуто дружеские отношения с прежней метрополией - Россией, тем самым пользуясь возможностями ее рынка и ее преференциями, нередко в ущерб своим формально суверенным правам, однако извлекают максимальную экономическую прибыль из этого положения вещей, часто в ущерб самой РФ. Социальное положение граждан этих государств от такой "зависимости" медленно, но неуклонно повышается, а значит, и положение элит укрепляется.

Это происходит и в Белоруссии, и на Украине, и в Армении, и в Азербайджане, и в Казахстане, и в Литве, и в Эстонии (Латвия по-прежнему витает в облаках антиимпериализма и оттого считается самой нестабильной страной Прибалтики). Во всех этих странах, кроме Казахстана, сменились правящие элиты, а где-то и не раз, и новые руководители не испытывают никакой идиосинкразии к доминанте под названием Москва. Они играют по новым правилам, главное из которых - экономический прагматизм.

Шеварднадзе - другая история. "Шеви" отчего-то решил, что он - уникум. Какие-то основания на завышенное самомнение у него, безусловно, были - он считал себя объединителем двух Германий, отцом новой советской дипломатии, сдававшей на ура Западу один плацдарм СССР за другим. Грехов, с точки зрения России, и добродетелей, по мнению Запада, за ним водилось много. А значит, посчитал он, его режим может рассчитывать на особое положение в мире. Положение некоего посредника между Москвой и всем остальным "цивилизованным" миром. Тот факт, что он пришел в руководство новой Грузии на русских штыках, Шеварднадзе очень быстро оставил за скобками и в классической маккиавеллиевской политической традиции стал стравливать Россию с Западом, играя Грузией как площадной девкой.

Последствия не замедлили сказаться. С одной стороны, он получил несколько десятков миллионов долларов от США на подготовку армейского спецназа, с другой - лишился стабильной подачи в свою страну российских энергоносителей и безвизового сообщения с прежней метрополией. Как итог - экономическая разруха и политическая чехарда в Грузии, вылившиеся в его довольно позорную отставку.

"Шеви" переиграл сам себя. У него были все возможности стать грузинским Назарбаевым или Лукашенко, однако он повторил судьбу своего предшественника Гамсахурдиа. Оттого, всего лишь, что не понял простой вещи - времена меняются, и главной скрипкой в государственном оркестре выступает уже не идеологическая игра, тем более образца "холодной войны", а экономика и связанные с ней политические компромиссы. Шеварднадзе как политик спекся, и Бог бы с ним. Никто не всплакнет по поводу его ухода в политический астрал ни в Грузии, ни в России. В Грузии в особенности. Ведь амбиции "мирового лидера" Шеварднадзе довели эту страну до ручки.

Теперь все будет зависеть от тех, кто придет ему на смену. А у них поле для маневра предельно узкое - либо они войдут в русло общей политики на пространстве бывшего СССР и станут проповедовать государственный прагматизм с доброжелательными экивоками в адрес главного экономического центра притяжения в этой части земной поверхности - России, либо будут сметены своими голодными и униженными гражданами, как Шеварднадзе. Другого пути у них нет и не будет. Америка слишком далеко, да и не факт, что там кто-то горит желанием жертвовать своими новыми отношениями с Россией в пользу далекой второй Джорджии.