Максим СОКОЛОВ, "Известия", 14 июня

Вслед за объявлением Г.К. Каспарова о том, что он учреждает Объединенный гражданский фронт в видах бескомпромиссной борьбы за демонтаж режима, необходимы были какие-то проявления борьбы, которые и последовали. Уже спустя неделю учредитель объявил, что протесты "Матерей Беслана" против утверждения новым главой Осетии Т. Мамсурова свидетельствуют о полном крахе путинской схемы назначенчества. Если учесть, что послужило основанием для столь сильного утверждения, можно спросить: а что - при таком подходе - не являлось бы свидетельством полного краха какой угодно схемы? Хоть путинской, хоть ультрадемократической. Беслан - еще не вся Осетия, а "Матери Беслана" - далеко не весь Беслан. При том, что пострадавших семей более тысячи - затронута практически каждая семья (включая и мамсуровскую), а матерей-активисток около полусотни, исключительно мнение последних объявляется мнением и всего Беслана, и всей Осетии. Но если передача власти должна быть опровергнута по требованию столь малой группы (которая при надобности всегда найдется), тогда никакая передача вообще невозможна. Специфика путинского режима тут иррелевантна - при такой схеме борьбы демонтировать можно любую власть.

Когда бы вся история сводилась к тому, что малая группа выступила за весь народ, борец Каспаров то заметил и сделал сильные выводы, - было бы полбеды. Без демагогии какая же борьба. Но все немного сложнее. Обслуга Г.К. Каспарова уже полгода как методически обрабатывает бесланских жителей на предмет растравления их ран. Что не так уж и сложно. Достаточно представить себя в положении несчастных родственников, которых ничто не сможет утешить в страшной потере, и помножить это на южный темперамент. При методическом бросании спичек в такую горючую смесь следует скорее удивляться выдержке людей Беслана - ибо каспаровская обслуга сумела задействовать лишь малую долю пострадавших.

Эффективная политика сводится к тому, что сначала сами поджигаем, используя людское отчаяние - что может быть больше, чем горе матери, потерявшей детей? - а затем сами используем результаты поджигания для автопиара. Когда весной Г.К. Каспаров делал заявления на тему "Моя борьба", одна из газет дала заголовок "Последний гамбит Каспарова". Если под гамбитом иметь в виду жертву пешек для создания тактического преимущества, то видим, что не последний. Детей все равно не вернуть, а гамбит интересный.

Не менее последовательным гамбитчиком оказывается другой борец - Э.В. Савенко-Лимонов, сообщающий, что только его НБП является истинной оппозицией: "Из подражателей никто и в тюрьму не попал, мы трагичны - у нас 48 узников". Небольшое уточнение: речь идет о малолетках, науськанных Лимоновым, который при малейшем запахе жареного указует, что малолетки по своему почину все придумали, и к организации штурмовых акций он, Лимонов, не имеет никакого отношения. "Мы трагичны". Но самому садиться больше не хочется - лучше похваляться количеством посаженных им малолеток.

Здесь водораздел между оппозиционерами (пусть сколь угодно малоприятными и демагогическими) и борцами типа Лимонова с Каспаровым. Первые все-таки не используют в качестве пешек людей, по малолетству ли, по причине ли сломавшей их трагедии не способных в полной мере осознавать смысл и значение своих поступков. Борцы полностью освободились от химеры, именуемой совестью. Есть сколь угодно плохие политики, и есть монстры.

Ученые говорят, что после ядерной войны выживут крысы и тараканы, которым нипочем жесткое гамма-излучение. Кремлевская обработка политического поля X-лучами приводит к сходным результатам.