Андрей ЯШЛАВСКИЙ, "МК", 2 августа

"С глубокой скорбью и печалью королевский двор от имени Его Высочества Наследного Принца Абдаллы ибн Абдель Азиза и всех членов семьи извещает о смерти Хранителя двух святынь, короля Фахда ибн Абдель Азиза" - этим заявлением саудовское ТВ сообщило миру о кончине правящего монарха.
В госпитале имени короля Фейсайла в Эр-Рияде в ночь на понедельник скончался 84-летний Фахд, монарх Саудовской Аравии - страны, которая является крупнейшим экспортером нефти и родиной ислама.
Один из самых богатых людей мира (по данным Forbes, его состояние оценивается в $22 млрд.), Фахд ибн Абдель Азиз аль Сауд правил Аравией с 1982 года, после смерти короля Халеда. Король носил титул Хранителя двух святынь (Святая мечеть в Мекке и Мечеть пророка в Медине), а также являлся премьер-министром страны.
То, что покойный король именовался Хранителем двух святынь, - это отнюдь не пустой звук. Фахд утвердил план расширения мечетей, к которым каждый год съезжаются миллионы паломников со всего мусульманского мира. Он также стал инициатором проекта, позволившего вдвое увеличить площадь Святой мечети в Мекке и десятикратно расширить площадь Мечети пророка в Медине.
Большую активность монарх развивал и на международной арене: под его руководством был подписан договор, положивший конец гражданской войне в Ливане. Тем не менее внешнюю политику Саудовской Аравии во время его правления трудно назвать последовательной. Страна поддерживала Саддама Хусейна в ходе ирано-иракской войны. Однако во время иракской оккупации Кувейта Саудовская Аравия выступила против Саддама на стороне американской коалиции. Незадолго до начала "второй" иракской войны король Фахд категорически выступил против участия саудовцев в операции против Ирака. Однако допущение американских войск на родину ислама во время операции "Буря в пустыне" стало поводом для объявления Усамой бен Ладеном войны королевскому дому. Волна терактов, прокатившихся по стране, вынудила власти вести с исламистами борьбу не на жизнь, а на смерть. С другой стороны, Саудовская Аравия не раз оказывала прямую или косвенную поддержку радикальным мусульманским добровольцам, воюющим в разных частях света.
Десять лет назад саудовский монарх перенес инфаркт, так что с тех пор фактически королевские функции исполнял его сводный 82-летний брат - наследный принц Абдалла, который и стал королем страны. Абдалла получил традиционное исламское образование в Эр-Рияде, в свое время занимал посты мэра Мекки, замминистра обороны, командующего национальной гвардией. Новый монарх уже принес присягу в королевском диване (совете).
Похоронить умершего монарха решено во вторник после поминальной молитвы на семейном кладбище около соборной мечети имама Турки ибн Абдаллы в Эр-Рияде.

----

Загадки короля Абдаллы
Виталий Портников, Политком.Ру, 1 августа

На первый взгляд, после смерти саудовского короля Фахда и провозглашения новым монархом его сводного брата принца Абдаллы в политике королевства измениться должно не многое. Новый король и так был фактическим правителем государства целое десятилетие, став руководителем страны после перенесенного братом инсульта. Однако фактический правитель и формальный король - отнюдь не тождественные понятия для теократии. Так или иначе, а принцу Абдалле приходилось соизмерять свои политические намерения не только с авторитетом все еще живого короля, но и с влиянием тех группировок в королевской семье, которые ориентировались на Фахда. Сейчас необходимость такой коррекции намерений уменьшается, зато возрастает авторитет нового наследного принца - Султана. И это при том, что и новый монарх, и новый наследный принц - фигуры переходные.
Королю Абдалле уже 82 года, он ровесник скончавшегося короля Фахда. А принцу Султану - 76 лет, при этом вероятность того, что он дождется престола, ничтожно мала: принц болен раком. Именно поэтому можно говорить, что уже в ближайшие годы к управлению Саудовской Аравией придет новое поколение принцев.
Это, впрочем, хорошо понимает не только посторонний наблюдатель, но и сам новый король. И вот тут-то и скрыта главная загадка короля Абдаллы: постарается ли он сохранить ситуацию в неизменном виде, не раскачивая саудовскую лодку какими-либо радикальными предложениями - прежде всего во внешней политике - или же попытается форсировать события, понимая, что времени у него осталось не так много, а все предыдущее десятилетие останется в истории эпохой короля Фахда?
А возможностей выступать с важными инициативами у нового короля остается немало. Ведь принц Абдалла был первым руководителем Саудовской Аравии, выступившим с собственными предложениями по ближневосточному урегулированию. И хотя суть этих предложений была неприемлема для Израиля, уже тот факт, что правитель наиболее радикально настроенной по отношению к еврейскому государству страны арабского мира вообще соглашается с возможностью того, что Израиль "останется" на Ближнем Востоке, был важным моментом. И хотя последующие заявления саудовских политиков продемонстрировали, что к диалогу с Израилем Эр-Рияд не готов, об инициативах Абдаллы не забыли. И вот тут-то самое любопытное: что не позволено принцу, позволено королю, и в его словах никто не будет сомневаться - по крайней мере, в самой Саудовской Аравии. Так что предпримет король?
То же самое касается отношений Саудовской Аравии и России, традиционно настороженных - еще с советских времен. Конечно, сравнивать враждебность саудитов к России с их враждебностью к Израилю не приходится, и все же долгие десятилетия Саудовская Аравия и Советский Союз жили без дипломатических отношений, а после их установления не спешили обмениваться визитами на высшем уровне. Более того, Россия обвиняет Саудовскую Аравию в том же, в чем ее обвиняет Израиль - в потворствовании террору. И обе страны, несмотря на все различие их собственных отношений с Соединенными Штатами, с некоторым недоумением взирают на дружбу Вашингтона и Эр-Рияда.
Тем не менее, первым саудовским лидером высшего ранга, посетившим Москву, был именно принц Абдалла, и именно он принимал в Эр-Рияде Ахмада Кадырова. И теперь есть возможность проверить, будет ли Абдалла интересоваться российско-саудовским диалогом, став королем, и изменится ли тональность этого диалога. Это еще одна загадка нового правления в Саудовской Аравии.