Александр КРАЙЧЕК, Утро.Ру, 16 августа

Ружье, висящее на стене в течение трех актов пьесы, к финалу должно выстрелить. Это старинное правило превращается во все большую проблему для Европы, пытающейся аккуратно вывести Тегеран из-под воинственной риторики США. Еще полгода назад выпады в адрес Ирана со стороны Вашингтона воспринимались как дань традиционализму в американском внешнеполитическом курсе. Сегодня даже всегда осторожные эксперты не могут поручиться за безобидность взаимной пикировки сильнейшей державы планеты и крупнейшего игрока в регионе Персидского залива. США основательно увязли в Ираке, что, вроде бы, практически исключает развязывание ими открытого конфликта с соседним Ираном. В то же время, каждодневные нападки на Тегеран за якобы исходящие от него угрозы – логичная прелюдия если не к войне, то, по крайней мере, к созданию новой геополитической диспозиции, заведомо выгодной для США и с военной, и с экономической, и с любой другой точки зрения. Европа, финансовые связи которой с Тегераном куда более прочные, чем те, что были у нее с прежним иракским режимом, явно не в восторге от всего происходящего. Возможно поэтому МАГАТЭ, в котором голоса Берлина и Парижа играют не последнюю роль, подчеркнуто вежливо по отношению к Ирану даже тогда, когда речь идет о порицании последнего.

И уж тем более, МАГАТЭ радо сообщить об адекватности иранского режима всякий раз, когда для этого есть хоть малейший повод. Так, британской Independent стало известно, что 3 сентября глава Агентства по атомной энергии Эль-Барадеи в своем докладе о выполнении Ираном резолюций МАГАТЭ опровергнет обвинения США и Израиля в адрес Тегерана в связи с т.н. делом об обогащенном уране из Натанца. Известно, что летом 2003 г. на территории этого атомного комплекса иностранные наблюдатели обнаружили следы обогащенного урана, являющегося компонентой для создания ядерного оружия. Два года расследования убедили МАГАТЭ в справедливости объяснений этому случаю, которые сразу же дали иранские власти: следы нашлись на оборудовании, закупленном в Пакистане.

Оправдательный вердикт МАГАТЭ, а, точнее, его ранняя огласка – не случайность. На днях агентство единогласно приняло резолюцию с требованием прекратить работы по иранской ядерной программе. Тегеран отреагировал на нее вполне определенно, однако без излишней жесткости. Отвергнув право иностранных государств запрещать суверенному Ирану строить свой "мирный атом", Тегеран, вместе с тем, выразил готовность продолжить переговорный процесс. Европа для сегодняшних властей этой страны – если не союзник, то, во всяком случае, и не враг.

Конечно, Иран не вполне верит Джорджу Бушу, недавно заявившему о готовности "использовать силу... для обеспечения безопасности страны и предоставления людям возможности жить в свободных обществах". "Подобные заявления американского президента мы рассматриваем как психологическую войну американцев и считаем их нереальными", – отреагировал официальный представитель иранского МИД Хамид Реза Ассефи. Однако ситуацию может взорвать не только лобовое столкновение двух противников.

На днях представитель Пентагона подполковник Свитсер на страницах одного из специализированных военных изданий обмолвился о якобы уже выделенных $130 млн на развертывание "каспийской стражи" – так в Вашингтоне окрестили подразделения, которые планируют разместить в Азербайджане, северном соседе Ирана. Официально "каспийская стража" должна будет охранять от террористов нефтепровод Баку – Тбилиси – Джейхан. Однако военные задачи – не конституция, во всяком случае, переписать их много проще. Размещение американцев в акватории Каспийского моря – даже в целях "борьбы с браконьерами" – может сыграть роль фитиля в пороховом трюме. Иран крайне болезненно реагирует на малейшие попытки милитаризации Каспия и не дает здесь спуску даже не сильно воинственному Азербайджану. Появление в местных водах американцев (или даже их отражений в воде), чьи задачи могут меняться "в зависимости от военных нужд США в данном регионе", станет решающим фактором активизации тлеющего конфликта.