Николай МЕХ, Утро.Ру, 25 марта

В субботу Совет Безопасности ООН принял резолюцию №1747 по Ирану - как и ожидалось, единогласно. Пакет новых санкций, одобренный и заверенный "шестеркой", перешел в руки непостоянных членов Совбеза, которые его также одобрили и заверили, а потом все вместе проголосовали "за". Ирану сделали новый укол.

Как видим, реакция совершенно не отличается от той, что наблюдалась в декабре прошлого года, когда Совбез принял резолюцию №1737: в ответ на требования международного сообщества (заметим, единого в позиции относительно иранского атома) Тегеран разражается традиционным гневным заявлением и даже обещает принять ответные меры. Это, правда, уже в стиле Северной Кореи. Министр иностранных дел Ирана Манучер Моттаки сходу обвиняет Совбез, якобы пытающийся застопорить иранскую ядерную отрасль, в "грубом нарушении устава ООН" и тут же излагает позицию своего руководства: "Иран не заинтересован в конфликте и не претендует на что-либо, кроме уважения своих неотъемлемых прав".

Слово "конфликт" и его политически некорректные синонимы, кстати, сегодня мелькают едва ли во всех материалах, имеющих отношение к ооновским баталиям. Надо сказать, на этом вопросе легко проверяется уровень этической подкованности чиновников – ведь, стоит Вашингтону чуть надавить на "шестерку", стоит только кому-нибудь из членов Совбеза коснуться силового аспекта проблемы, как тут же некоторые бескомплексные наблюдатели начинают говорить о "войне", "ракетном ударе" и "вторжении". Однако, мы отвлеклись. Вернемся к резолюции и антирезолюции.

Итак, отредактированный документ предусматривает ужесточение санкций, наложенных на Исламскую Республику ранее. Отныне государствам и финансовым организациям запрещается заключать с Тегераном договоры о предоставлении экономической помощи и кредитов на льготных условиях. Исключение составляют гуманитарные программы и действующие соглашения. Запрещается экспорт оружия из Ирана; кроме того, всем государствам рекомендуется "проявлять особую осторожность и сдержанность" при поставках оружия в Иран.

Финансовые санкции затронут, как всегда, иранские компании, спонсирующие ядерную энергетику, и учреждения, занятые в оборонных проектах. Сами атомщики тоже не уйдут от наказания – счета физических лиц будут заморожены вместе со счетами опальных предприятий.

На все про все у Ирана есть 60 дней. "На все" значит – на сворачивание исследовательской программы, на закрытие научных лабораторий, на прекращение военных разработок... Собственно, это перечисление не имеет никакого смысла, поскольку Иран пропускает все требования мимо ушей и немедля переходит к собственному списку. "Мы предлагаем "шестерке" как можно скорее вернуться за стол переговоров, отбросив предъявленные ранее условия", - говорит председатель парламентской комиссии Ирана Алаэддин Боруджерди. Он называет резолюция "неприемлемой" (классика) и "невыполнимой" и заверяет ООН, что иранский Меджлис обязательно примет ответные меры.