Владимир КУДРЯВЦЕВ, fondsk.ru, 19 августа

Противостояние Греции и Турции на Средиземном море из-за спора о контроле над нефтегазовыми ресурсами шельфа не прекращается. Напротив, оно нарастает. Стороны делают воинственные заявления и не выказывают намерения отступать. В конфликт, углубляющий трещины внутри Североатлантического альянса, втянулось еще одно государство – Франция, чей фрегат, приняв участие в учениях с греческим флотом, решил задержаться в опасной зоне.
В последнее время Париж вообще заметно увеличил активность на международной арене; тут и желание напомнить миру о Франции как великой европейской державе, и преследование экономической выгоды. Эммануэль Макрон быстро оказался в Ливане после потрясшего эту страну взрыва, а сейчас обозначает военное присутствие в районе, где французская Total имеет право на разработку газовых месторождений. Это заставило президента Турции Реджепа Эрдогана обвинить французского коллегу в колониальных амбициях, хотя, казалось бы, не Эрдогану говорить об этом.
В том, что Франция поддерживает в греческо-турецком конфликте Грецию, есть логика. В Ливии французы и турки также находятся по разные стороны баррикад; произошел французско-турецкий инцидент на море: Министерство обороны Франции заявило, что корабль ВМС Турции, сопровождавший грузовое судно, которое могло перевозить оружие в Ливию в нарушение эмбарго ООН, подал предупредительный сигнал французскому фрегату, а турецкие моряки надели пуленепробиваемые жилеты и заняли позиции у корабельного вооружения. В Афинах же давно пытаются сделать конфликт международным. И возникает ряд вопросов касательно отношений между Турцией и Западом.
Сегодня уже понятно, что тема вступления Турции в Европейский союз осталась в прошлом. Турция как член "единой Европы" не состоялась. Да, не все в Европе ведут себя по отношению к Турции, как Франция. Например, Германия реагирует осторожнее (не хочет лишних проблем с очень большой турецкой иммигрантской общиной), пытается выступить в качестве посредника. Однако в целом Берлин, где решили прекратить поставки оружия и военной техники Турции, а также Брюссель (в Евросоюзе идут разговоры о санкциях против Анкары) не на стороне Эрдогана. Это подтверждается и позицией европейцев по Ливии.
Однако главное не это. Главное – чем развивающийся турецко-греческий конфликт может закончиться для НАТО, полноценными членами которого являются и Турция, и Греция, и Франция. До сих пор не вполне ясной остается позиция Вашингтона, определенных заявлений в администрации Трампа пока не делают.
Сейчас американо-турецкие отношения далеки от идеальных (из-за ситуации в Сирии; из-за закупки Турцией российских систем С-400; из-за возможной причастности некоторых сил в США к попытке свержения Эрдогана). Однако достаточный ли это повод, чтобы позволить Североатлантическому альянсу расшататься и ослабеть? Все-таки у американцев в Турции находится наиболее продвинутая на восток база командования ВВС США в Европе (Инджирлик), а турецкая армия как союзник по НАТО – одна из сильнейших в этом военном блоке.
Однако вопрос, на который нет ясного ответа, заключается в том, входит ли сохранение НАТО и атлантической солидарности в число приоритетов Дональда Трампа, этого человека с коммерческим образом мышления? Трамп не раз высказывался в том смысле, что от НАТО никакой пользы, кроме вреда (убытков из-за европейских "дармоедов"). Так что по поводу возможного ослабления альянса в случае развития турецко-греческого конфликта президент США вряд ли станет переживать. Да и Франция давно вынашивает планы создания европейской армии, каковой мог бы стать тот же альянс без Соединенных Штатов, без Канады и... без Турции – во главе с Парижем, а не Вашингтоном.
Кроме того, Сирия и Афганистан показывают, что Белый дом при Трампе нацелен на вывод американских войск из различных районов мира вне зависимости от стратегической важности их пребывания там. Это относится и к Турции. Наконец, "неоосманистский" разворот внешнеполитического вектора Турции с Атлантики на Евразию нынешнему хозяину Белого дома тоже не представляется катастрофой. Если Трамп готов "попрощаться" с Германией из-за того, что она покупает газ у России, поставив крест на трансатлантическом единстве, то трудно предположить, что он будет дорожить дружбой с Анкарой.
Отношения с Турцией для Трампа вообще не проблема. Проблема для него – и на сегодняшний день единственная, – как остаться в Белом доме еще на четыре года. Учитывая, чем живет сейчас Америка ("ожиданием идеального шторма") проблема эта далека от решения. К поискам решения и сведутся все внутри- и внешнеполитические шаги Трампа в оставшееся до 3 ноября время. А внутриполитические противники у Трампа сильные, и исход предвыборной борьбы в США станет едва ли не главной международно-политической проблемой ближайших недель. На таком неопределенном фоне, где очень многое непредсказуемо, стрельба в Восточном Средиземноморье может начаться уже завтра.