Николай Кузьмин, turanpress.kz, 12 сентября

Концепция внешней политики Казахстана на 2020–2030 годы включает разные виды дипломатии: превентивную, гуманитарную, экономическую, цифровую, парламентскую и народную. Про церковную дипломатию концепция молчит. Но она есть. И визит папы римского в Нур-Султан станет своего рода мастер-классом. Не мягкой силы, поскольку мягкая сила в наши дни – это преимущественно подкуп, шантаж и запугивание, а дипломатии.
Напомним, Папа Римский посетит Казахстан с государственным (апостольским) визитом с 13 по 15 сентября. Согласно программе, он встретится с Президентом Касым-Жомартом Токаевым, с представителями дипломатического корпуса и гражданского общества. Он будет присутствовать на открытии, пленарном заседании и закрытии VII Съезда лидеров мировых и традиционных религий, проведет молебен (святую мессу) для десятков тысяч верующих католиков, в том числе паломников, которые прибудут в столицу Казахстана.
У нашего президента и понтифика много общего, причем не только во взглядах на международные проблемы и методы их решения, но и во внутренней политике. Они оба реформаторы. Став папой, Франциск запустил процесс, который по аналогии с известными событиями в наших краях можно было бы назвать "Новый Ватикан". Например, при нем Банк Ватикана, имевший репутацию самого секретного банка в мире и печально известный своими скандалами, выпустил первый отчет за свою 125-летнюю историю.
А совсем недавно папа лишил почти всех привилегий орден Опус Деи (Opus Dei). О влиятельности этого ордена (уже былой, надо полагать) красноречиво говорят полученные им прозвища "мафии Бога" и секретной службы папы. Конечно, конспирологи увидели за этим реванш ордена иезуитов, который якобы потерял свое влияние при двух предыдущих папах, а Франциск, первый папа-иезуит в истории Ватикана, это влияние помогает вернуть. Вероятно, Ватикан и его институты еще долго будут ассоциироваться у журналистов и литераторов с "тайной властью", однако фактически происходит постепенное движение в сторону большей открытости. Все аналогии условны, но нельзя не заметить, что и Токаев, и Франциск меняют как правила игры в своем государстве, так и тех людей, которые должны играть по новым правилам.
Что касается международного аспекта дипломатии Ватикана, то все ждут от папы практического вклада в прекращение войны на Украине. На чем основаны такие ожидания, непонятно. Визиты в государства, находящиеся фактически в состоянии войны, – это "фирменный" дипломатический прием Франциска. Так, в 2016 году он посетил Армению и Азербайджан. Однако, эффективность такой дипломатии невелика – при решении карабахского вопроса оказались более востребованы пушки и ударные беспилотники, а не проповеди.
Ожидалось, что одним из главных событий визита папы станет его встреча с патриархом Кириллом. Во всяком случае, понтифик эту встречу планировал. Однако предстоятель Русской православной церкви отказался участвовать в работе Съезда, причем, как можно понять, именно потому, что это предполагало встречу с папой.
Как пояснили в Отделе внешних церковных связей Московского патриархата, встреча патриарха Московского и папы Римского не может иметь место "на полях", пусть и столь значимого мероприятия, как Съезд лидеров мировых и традиционных религий. Она должна стать самостоятельным мероприятием, тщательно подготовленным, с согласованной повесткой и итоговым документом. Позиция РПЦ понятна.
Для патриарха встреча с папой, безусловно, важна. Видимо не случайно Франциск стал первым папой, с которым он согласился встретиться. С папами Иоанном Павлом II и Бенедиктом XVI, которые также хотели пообщаться с ним, он встречаться не захотел. Первая и пока единственная встреча произошла в феврале 2016 на Кубе, в аэропорту Гаваны, куда папа специально прилетел для встречи с патриархом. По итогам этой встречи было принято совместное заявление, в котором, в частности, сказано: "В эту тревожную эпоху необходим межрелигиозный диалог. Различия в понимании религиозных истин не должны препятствовать людям разных вер жить в мире и согласии. В нынешних условиях религиозные лидеры несут особую ответственность за воспитание своей паствы в духе уважения к убеждениям тех, кто принадлежит к иным религиозным традициям". Слова эти могут служить своего рода эпиграфом к нынешнему съезду лидеров мировых и традиционных религий.
С другой стороны, не стоит думать, что папа Франциск согласился на официальный визит в Казахстан и участие в Съезде лидеров мировых религий лишь ради встречи с Кириллом. Идеология и цели съезда, судя по всему, лично папе симпатичны и близки. Они в чем-то совпадают с его опытом работы архиепископом в Буэнос-Айресе, о котором он в апреле рассказал в интервью испанской газете LaNacion. "Я всегда выступал за межрелигиозный диалог. Когда я был архиепископом Буэнос-Айреса, я объединил христиан, иудеев и мусульман в плодотворном диалоге. Это была одна из инициатив, которыми я больше всего горжусь. Это та же самая политика, которую я продвигаю в Ватикане. Как вы уже много раз слышали от меня, для меня согласие важнее конфликта", – сказал папа.
В этом же интервью он дал понять, что прилагает посреднические усилия ("Ватикан никогда не спит"), однако отказался раскрыть подробности, отметив, что тогда это была бы не дипломатия.
У патриарха Кирилла и РПЦ в целом отношение к войне на Украине двойственное. С одной стороны, РПЦ традиционно поддерживает политику российского государства и его президента. С другой стороны, вскоре после начала войны на Украине патриарх призвал читать во всех храмах Русской Православной Церкви молитву о восстановлении мира. В том числе и в Казахстане.
Например, 28 августа, в праздник Успения Пресвятой Богородицы, митрополит Астанайский и Казахстанский Александр совершил Божественную литургию в главном храме Казахстана – Успенском кафедральном соборе Нур-Султана. В ходе богослужения была совершена молитва о восстановлении мира.
Папа Франциск скептически воспринял позицию патриарха, даже назвал Кирилла "алтарником Путина", однако, несмотря на постоянное давление со стороны как западных политиков, так и журналистов, никогда не назвал Россию или Путина "агрессором". Более того, он неоднократно давал понять, что визит в Москву является для него более приоритетным, чем визит в Киев.
Впрочем, для РПЦ и ее предстоятеля в контексте войны на Украине важнее не встречи с папой, а сохранение единства между Русской православной церковью и Украинской православной церковью. Сегодня РПЦ и УПЦ сохраняют некое подобие дружеского нейтралитета. В принятом на 11-й Ассамблее Всемирного Совета Церквей в Карлсруэ заявлении "Война на Украине, мир и справедливость в европейском регионе" не содержится открытого осуждения ни России, РПЦ, что было встречено в Отделе внешних церковных связей Московского Патриархата "со сдержанным оптимизмом". Показательно также поддержка московским патриархатом Украинской православной церкви, которая требует прекратить захваты своих храмов Православной церковью Украины.
Велика вероятность того, что в Нур-Султане у журналистов тоже будет возможность пообщаться с папой. Вероятно, его снова спросят о войне на Украине. В августе папа уже говорил о ней в интервью португальским телеканалам. На вопрос журналиста о том, что он хотел бы сказать президентам России и Украины, Папа ответил: "Не знаю. Я беседовал с обоими, оба были здесь у меня – не сейчас, а раньше. Я по-прежнему думаю, что идти вперед можно с помощью диалога. Знаете, кто не умеет вести диалог? Животные. Это чистый инстинкт. Если ты руководствуешься одним лишь инстинктом… Диалог же означает отложить инстинкт в сторону и слушать. Диалог – трудное дело".
Для папы Франциска визит в Казахстан станет отдыхом от постоянного политического давления. В последнее время от папы требуют извинений за преступления, совершенные католическими священниками в разных странах за последние сто лет, а также признания насильственного изъятия из семей детей канадских индейцев геноцидом.
В Канаде, по оценкам, примерно 150 тысяч детей из числа коренных народов прошли через католические школы с момента их открытия примерно в 1883 году и закрытия в 1996 году. Правительственная комиссия по установлению истины и примирению работала шесть лет и пришла к выводу, что эта система школ-интернатов была формой "культурного геноцида" и в 2015 году призвала папу принести извинения за роль римско-католической церкви в создании этой системы. При этом несколько тысяч детей (более точных данных нет) были захоронены в безымянных могилах, родителям часто об этом не сообщалось. Некоторые из свидетелей рассказывали, что у воспитанниц интернатов рождались дети от священников, таких детей у них отбирали и убивали.
Ранее Франциску, а также его предшественнику, папе Бенедикту XVI пришлось извиняться за сексуальное насилие над детьми в католических школах Ирландии. А есть еще Латинская Америка, где в целом уровень насилия настолько высок, что преступления священников могут просто теряться на общем фоне. Да, правительственные комиссии проводят расследования, жертвам выплачивают компенсации, папы извиняются. Справедливость торжествует, хотя об уголовном наказании вопрос ставится крайне редко. Но может ли считаться моральным авторитетом глава организации, где насилие (сексуальное и не только) над детьми стало чуть ли не нормой?
Впрочем, когда папу спрашивают о сексуальных преступлениях католических священников, он призывает на помощь статистику. В интервью португальским телеканалам в августе этого года он подчеркнул, что от 42 до 46 процентов всех случаев сексуального насилия над детьми происходит в семье, затем идут спортивные круги, клубы и школы. Сексуальные злоупотребления духовенства составляют около трех процентов. Это тоже очень много, заметил папа, но дело тут не в целибате. И проблему насилия над детьми можно решить, лишь изменив существующую в современном обществе "культуру насилия", в том числе сексуального.
Что ж, это тоже задача церковной дипломатии – отделять церковь от священников, совершивших преступления. Признать ответственность и принести извинения за действия отдельных лиц, но защитить авторитет организации в целом, ее норм и принципов. Этот опыт тоже может быть полезен для многих институтов, участвующих в строительстве "Нового Казахстана".