Данияр Ашимбаев, 21 сентября

Токаев, как и объявил в послании, назначил досрочные выборы на 20 ноября. Это вообще редкая у нас ситуация, когда электоральный график власть объявляет заранее, тем более что речь идет не только о президентских выборах, но и парламенте и маслихатах.
Ситуация по ходу несколько изменилась в связи с внесенными по инициативе депутатов поправками в Конституцию, хотя президент изначально намеревался инициировать их после выборов.
Но - парламент в данном случае использовал ранее озвученный Токаевым тезис о том, что не собирается баллотироваться более 2 раз в президенты.
Глава государства сейчас находится не просто в хорошей форме, прежде всего политической. Он показал себя в этом году как жесткий и решительный руководитель, инициировал широкомасштабные политические реформы, стал в определенном смысле не преемником, но и победителем "Старого Казахстана". Обширная международная программа даже последних недель (визиты Папы римского, председателя КНР, съезд религий, саммит ШОС и поездка в Нью-Йорк) показали огромный авторитет президента в мире.
Внутри страны у Токаева нет серьезных соперников, а большинство тех, кого рассматривают в качестве кандидатов от разношерностной оппозиции, представляют собой откровенно комичное зрелище. Кое-кто, понимая свои мизерные шансы, грамотно обзавелся судимостью, чтобы списать свое неучастие в выборах на "происки режима". Некоторые активно пытаются торговаться с властью на предмет участия в качестве оплачиваемого спаринг-партнера, помня, что не менее половины "протестного" электората 2019 года - это "дар свыше".
Токаев, сдвинув выборы на два года вперед, срывает планы по возможной консолидации опальных элит, фрондирующей общественности и внешних игроков, которые неспешно могли бы выступить против него.
По сути, президент выступает в двух ипостасях - власти и одновременно альтернативы.
Сделав новый срок последним, Касым-Жомарт Токаев снимает вопрос о личных амбициях на пожизненное правление и получает возможность заняться намеченными преобразованиями страны и общества, которые отчаянно нуждаются в серьезной модернизации. И вопрос не только в борьбе с монополизмом. Было бы глупо рассматривать переименование столицы как политическую программу или рисовать "Старый Казахстан" исключительно черными красками. Президент Токаев четко и неоднократно высказывался о роли Назарбаева, да и любому нормальному человеку очевидна важность сохранения таких ценностей, как стабильность, согласие и казахстанский патриотизм, на которых строилась независимость страны.
В строительстве произошли определенные перекосы и задача президента максимально их исправить, исходя из таких ценностей, как справедливость, прагматизм и просвещение.
Поэтому, думаю, ближайшие два месяца - и семь лет - будут весьма и весьма интересными.