t.me/peruash, 10 октября

Вчера в центральном офисе Демократической партии "Ак жол" состоялось обсуждение перечня видов деятельности ОКЭД, для которых запрещено применение специального налогового режима на основе упрощенной декларации.
Как известно, сам "запретительный" список ОКЭД для СНР был опубликован 26 сентября, а 2 октября Демпартия "Ак жол" направила Правительству свою позицию в рамках публичного обсуждения проекта (https://t.me/peruash/14076).
В состоявшейся в четверг дискуссии приняли участие министерства и ведомства, начиная с первого заместителя министра национальной экономики Азамата Амрина; со стороны бизнеса – депутаты Мажилиса фракции "Ак жол", руководители НПП "Атамекен", ряда отраслевых бизнес-ассоциаций, а также представители МСБ из регионов (в режиме видео-конференции).
Разговор получился содержательным, но достаточно острым. Мы постарались услышать позицию Правительства и в то же время донести свои аргументы, прежде всего касательно принципов отбора видов ОКЭД для применения специального налогового режима.
По нашему мнению, тот факт, что три четверти видов ОКЭД (795 из 1111 по проекту Правительства) не смогут применять СНР, свидетельствует о некоем "широкозахватном" методе, который не соответствует принципам рыночной экономики.
А.Амрин в этой связи пояснил, что, хотя в запретительный список вошли 72% ОКЭД, они охватывают лишь около 30% субъектов бизнеса, так как 2/3 предпринимателей работают именно в 316 разрешенных видах ОКЭД. При этом порог оборота для применения СНР увеличен до 2 млрд 350 млн тенге, а ограничение по численности работников вообще снято - поэтому, по мнению Правительства, такой подход позволит не только предотвратить дробление бизнеса (что является основной целью), но и улучшить положение этих предпринимателей.
Однако не все разделяют этот оптимизм. В частности, мы отметили, что запрет на применение СНР для предпринимателей, работающих в формате B&B, (т.е. для сделок с юрлицами) уже сам по себе подводит под НДС значительную часть деятельности малого и среднего бизнеса, а кроме того, создает дополнительную бюрократическую и финансовую нагрузку.
Поэтому, как и заявлено в обращении Демпартии "Ак жол", любой малый и средний бизнес не должен быть ограничен в праве применения СНР, за исключением недропользователей, финансовых услуг и подакцизной продукции.
Особые возражения у Демпартии "Ак жол" вызвал запрет на применение СНР для МСБ в производственной сфере: мы напомнили о Послании Президента, где отмечалось, что лишь 6% малого бизнеса занимаются производством, без развития которого невозможен рост экономики.
Правительство, делая упор исключительно на фискальную роль налогов, забывает об их регулятивной роли, посредством которой государство поощряет работу в том или ином секторе, либо, напротив, считает бизнес в данной сфере избыточным. Таким образом, повышение налоговой нагрузки (через запрет на применение СНР) фактически означает, что Правительство не заинтересовано в развитии производства в МСБ, что прямо противоречит позиции Главы государства.
Г-н Амрин парировал, что производственным предприятиям напротив, разрешено применять СНР и привел в пример крестьянские хозяйства и общепит; а запрет коснется лишь тех видов деятельности, где наблюдается сверхнормативная прибыль, в частности, назвав несколько видов, связанных с недропользованием.
Однако заместитель председателя НПП Тимур Жаркенов и председатель Комитета НПП по обрабатывающей промышленности, депутат маслихата города Астаны от Демпартии "Ак жол" Канат Ибраев перечислили ряд видов производства, включенных в "запретительный" список Правительства. В частности, речь идет о производстве хлебобулочных изделий длительного хранения, производстве шерстяного волокна, обуви, некоторых видов текстильной продукции, кирпича, обработке металлоконструкций, изготовления мебели и других.
Т.Жаркенов указал на методологическую некорректность использования перечня ОКЭД в фискальных целях. Задача ведь не в том, чтобы ограничить какие-то конкретные виды предпринимательства, а в том, чтобы определить, каким субъектам разрешено брать налоги на вычет, а каким - нет. И тогда критерии должны быть другие – такие, как их рентабельность, затраты, влияние на потребительские цены или занятость, формирование добавленной стоимости, технологичность.
Представители частных медицинских клиник (по видеоконференции из Караганды) подняли вопрос разницы налогообложения медицинских услуг в рамках ГОБМП (гарантированного объема бесплатной медицинской помощи), который освобожден от НДС, а также вне этих рамок, где услуги подпадают под НДС. Мне об этой проблеме также говорили в медицинской лаборатории, где налоговики уже требуют вести раздельный учет анализов, поступающих по ГОБМП и вне него: вместо упрощения и ясности получили удвоение бюрократии не только для частных клиник, но и для государственных медучреждений.
Стоматологические клиники подняли вопрос о возможности применения СНР в отношении смежных видов деятельности по ОКЭД, таких как зубное протезирование, где одновременно присутствует и оказание медицинских услуг и производство зубных протезов.
Председатель Национального объединения предприятий легкой промышленности Гулмира Уахитова подняла вопрос о нецелесообразности запрете применения СНР для небольших швейных предприятий, многие из которых выживают благодаря заказам на спецодежду и форму для силовых структур. А.Амрин аргументировал, что это ограничение сделано в целях противодействия дроблению бизнеса, когда владельцы регистрируют несколько мелких цехов и скрывают реальные обороты. Так, при анализе поступлений налогов было выявлено, что 90% предпринимателей показывают оборот на уровне 40 млн тенге. Это, по его словам, свидетельствует о том, что бизнес сознательно удерживает доходы на этой планке, чтобы не подпадать под уплату НДС.
Пришлось напомнить, что порог уплаты НДС с 42 млн тенге был принят только при обсуждении нового Налогового кодекса и еще не вступил в силу. В настоящее время он составляет 78 млн тенге, поэтому пока что "дробление" было бы целесообразным начиная не с 40, а более чем с 70 млн.тг оборота. Следовательно, показатель в 40 млн тенге у 90% предпринимателей скорее отражает их реальные обороты, а не попытку уклониться от налогообложения.
Обсуждая ситуацию в легкой промышленности предприниматели подчеркнули, что государству в первую очередь следует бороться с контрабандой товаров и ужесточать таможенный контроль. Сегодня же ситуация такова, что неконтролируемый импорт ТНП (где одежда и обувь составляют львиную долю), ставит отечественное производство на грань выживания. А введение запрета на СНР и дополнительная налоговая нагрузка фактически приведут к вытеснению отечественных производителей с рынка.
Директор Департамента обрабатывающей промышленности Министерства индустрии и строительства Адильбек Бектибаев в ходе дискуссии поддержал позицию предпринимателей. Он отметил, что запрет на применение СНР для сделок B&B выведет из цепочки поставок крупных заводов малый и средний бизнес, который ранее пользовался этим режимом. Между тем значительная часть материалов, деталей и запчастей сегодня производится и поставляется именно предприятиями МСБ - как для промышленности, так и для недропользователей. Все они выпадут из системы закупок, и некоторые уже начали получать уведомления о прекращении сотрудничества.
Анастасия Калашникова (Ассоциация прямых продаж), сообщила, что предприниматели ассоциации начинают отказываться от работы с отечественными поставщиками продукции. Вместо этого они рассматривают возможность работы с поставщиками из Кыргызстана и Узбекистана. Майра Султанова (Ассоциация оптовой торговли) отметила, что деятельность оптово-распределительных сетей напрямую связана со снижением стоимости товаров и выполняет важную социальную функцию.