Данияр Ашимбаев, 11 мая

Опубликованные проекты новых конституционных законов, разработанных с целью актуализации законодательства в связи с принятием новой конституции, ставят ряд вопросов и требуют, на мой взгляд, некоторой доработки.
Представленные проекты основаны на соответствующих актах, принятых в 1995 г. и обновленных в связи с новыми задачами.
Вместе с тем, за эти годы появились различные аспекты, которые не получили отражение ни в законодательстве, ни в проектах.
Скажем, вопрос об учреждении уполномоченных. Некоторые появились на основании законов, а некоторые существуют в правовом вакууме, хотя образуются указами президента. Они не являются госорганами или консультативными органами, и неплохо было бы их прописать хотя в законе о президенте.
Далее. Вновь появляется вице-президент. Имеет ли он право принимать хотя бы распоряжения? Кто обеспечивает его деятельность? Технически понятно, но должность-то конституционная.
Требования к вице-президенту и к президенту несколько различаются, хотя смысл вице-президента во многом в том, чтобы если что сменить президента на этом посту. По идее они должны быть идентичны.
Это в целом касается лиц, которые могут на себя принимать полномочия президента (вице-президент, спикер, премьер). По идее ЦИК или КС должны проверить их на соответствие требованиям для принятия на себя высшей власти в стране - пусть даже на пару месяцев.
Забыли предусмотреть номенклатуру и статус правовых актов, которые может принимать и.о. президента.
Говоря о НПА, есть указание. что они подлежат опубликованию (ст. 30), но могут быть засекречены. А как быть с теми указами, которые приняты, не являются секретными и не опубликованы даже в изложении?
Кроме того, есть историческая мешанина с органами, подчиненными и подотчетными президенту. О них есть отдельный раздел, они есть в рубрике "прочее", но не лучше ли собрать в одну кучу и заодно несколько формализовать их создание и упразднение?
Закон о Курултае содержит гораздо больше новаций, но и к нему есть некоторые пожелания.
Во-первых, по понятию "большинства". Сейчас это партия, имеющая наибольшее мандатов, но технически партия может занять первое место, но не иметь большинства (скажем - 30-35%). Как она может быть большинством? В случае, если ни одна партия не наберет 50%, то может быть образована коалиция, которая и будет большинством, но в законе такой вариант не предусмотрен.
Во-вторых, есть интересный раздел о депутатской этике, но там нет требований по пресечению, скажем, социальной, гендерной, языковой или национальной розни. Мне кажется, такие нормы были бы, как минимум, не лишними.
В-третьих, представляется, что нужно ввести нормы по антикоррупционной экспертизе законодательства, по взаимодействию Курултая с местными представительными органами, по взаимодействию депутатов с избирателями (системе приема граждан, рассмотрению обращений), по борьбе с коррупцией.
В-четвертых, появилась хорошая норма о докладе премьера, который заслушивается Курултаем, но как часто, когда и по чьей инициативе - не указано.
В-пятых, не совсем ясны вопросы взаимодействия Курултая с Высшей аудиторской палатой. Сказано, что он 2 раза в год заслушивает отчет, но, наверное, нужно наделить парламент правом инициировать тот или иной аудит. Такая норма есть в законе о ВАП, но нет в законопроекте о Курултае.
В-шестых, аппарат Курултая предлагается образовать на базе аппарата Мажилиса, а куда денется аппарат Сената? Это же вопрос социальных гарантий и сохранения достаточно опытного и квалифицированного персонала.
Представляется, что эти вопросы следует учесть при принятии новых конституционных законов.