Алексей Полухин, "Время МН", 24 октября

Есть из чего выбирать, над чем задуматься.

По мнению Валерия Алферова, исполняющего обязанности директора центра экономического анализа агентства Интерфакс, наших ближайших соседей можно поделить на две большие группы: тех, кто выполнил требования МВФ по введению свободного рыночного курса, и тех, кто по-прежнему уповает на возможности административного регулирования экономики. К первой группе относятся Украина, Казахстан, Киргизия, Молдавия, Грузия и Армения. Две кавказские республики - лидеры по части свободы от ограничений по операциям с валютой на их территории. В принципе валютное законодательство этих стран ничем не отличается от стандартов ведущих экономических держав и полностью соответствует требованиям МВФ. Правда, ситуация в Грузии настолько запутана, что анализу не подлежит, зато Армения дает важный материал для размышлений. С одной стороны, ее национальная валюта - одна из самых стабильных в Содружестве. Центральному банку удается грамотно и четко соблюдать пропорцию между денежной базой и объемом ВВП, используя монетарные механизмы. Но, с другой стороны, форс-мажорные обстоятельства могут привести систему к краху. Например, если внезапно изменится мировая конъюнктура рынка алмазов, которые Армения закупает для переработки, или если население по психологическим причинам бросится скупать доллары, баланс будет нарушен. Тем более что благодаря низким транзакционным издержкам по валютным операциям Армения очень долларизована, и "зеленых" на руках у населения и в банках в разы больше, чем драмов. Все-таки либеральный валютный режим предполагает наличие в стране сильной экономики, а об Армении такого не скажешь.

Другое дело - Украина или Казахстан. Руководству последнего, по мнению аналитиков, удалось найти золотую середину в использовании регулятивного кнута и либерального пряника. Например, еще до кризиса там отменили обязательную продажу валютной выручки, и как макроэкономическая ситуация, так и возможности денежно-кредитного регулирования только улучшились. Центробанк участвует в валютных операциях, но основной поток идет свободно, через биржу.

На Украине ситуация похожая, но валютный рынок искусственно сужен, скорее всего, из-за менталитета местного политического бомонда, исповедующего изоляционизм по отношению к странам Содружества. Поэтому операции на бирже с валютами стран СНГ на Украине запрещены, и объективных экономических предпосылок тому нет. Такая вот самостийность.

Другая славянская республика, Белоруссия, напротив, похоже, уже видит себя в составе России. Поэтому ее валютная система братской пуповиной привязана к рублю. А регулируется рынок жестко: уровень обязательной продажи экспортной выручки составляет 30%, и официальный курс заметно отличается от рыночного. Впрочем, белорусов можно понять: без привязки к рублю у них была не валютная система, а перманентная девальвация.

Особняком среди стран второй группы стоит Азербайджан. Рынок там несвободный, но эффективный. Возможность свободного варьирования нефтяного экспорта помогает поддерживать оптимальные кондиции состояния валютной системы.

Такой вариант мог бы сложиться и в богатой газом Туркмении, но там роль невидимой руки рынка целиком и полностью дана на откуп пожизненному президенту. Как и в Советском Союзе, валюта там вне закона для населения, а предприятия покупают ее исключительно через ЦБ. Нетрудно догадаться, кому достается вся валютная выручка. Курс последний раз менялся в апреле 1997 г., зато сразу в 520 (!) раз. Никто не может поручиться за то, что подобного не произойдет завтра. Зато никакой либерализации не случится точно.

Не так давно Узбекистан мало чем отличался от Туркмении. Но финансовое благосостояние республики держалось преимущественно на кредитах МВФ, а фонд пригрозил не давать денег, пока валютный рынок не будет либерализован. Узбекистан обещал сделать это к июлю текущего года. Пока самыми весомыми подвижками можно считать разрешение населению покупать доллары (не более тысячи в квартал) и девальвацию официального курса в целях приближения его к рыночному (пока они отличаются примерно вдвое). Кстати, график мероприятий по либерализации удивительно коррелирует с расписанием визитов в страну миссии МВФ. Впрочем, особого выбора у Узбекистана нет, и года через два валютный рынок, скорее всего, приобретет там цивилизованные черты. Пока же интересно отметить такое ноу-хау, как обязательная покупка валюты импортерами. Причем если они выполняют госзаказ, то пользуются более дешевым курсом, если же работают в частных интересах, то платят рыночную стоимость.

Таджикистан же не просто прислушивается к МВФ, но фактически работает по оставленной миссией фонда инструкции. И результаты неплохие: официальный и рыночный курсы отличаются всего на 5-10%, и относительная финансовая стабильность сохраняется.

В целом, по словам г-на Алферова, "большинство стран с относительно либеральными валютными рынками уже озвучили свои планы по участию в создании интегрированного валютного пространства, поэтому правила игры в них будут все более стандартизированы и либеральны. У тех же, кто стремится отстраниться от участия в процессе, есть только политические, но не экономические аргументы".