Лаура СУЛЕЙМЕНОВА, "Ак Жайык", 22 ноября

В кулуарах недавнего Казахстанско-Британского форума, прошедшего в Атырау, представители иностранных компаний уверенно говорили, что Проект Будущего Расширения на ТОО ТШО у них в кармане. То есть согласован с казахстанской стороной.
О реальной ситуации с ПБР мы поинтересовались у министра нефти и газа Сауата МЫНБАЕВА, посетившего Атырау на прошлой неделе для участия в заседании Ассоциации организаций нефтегазового и энергетического комплекса KAZENERGY.
– Проект прошел согласование с акционерами, в том числе с НК "КазМунайГаз". И сейчас находится на стадии внесения документов в наше министерство. Когда получим документы, тогда и сформулируем свои требования, в том числе по казахстанскому содержанию, – сказал С. Мынбаев.
Напомним, на заседании KAZENERGY было заявлено, что доля казсодержания в товарах для ТШО составляет ничтожные 4%.
Серьезные претензии к ПБР есть и у министерства охраны окружающей среды, которое ранее отказалось согласовать проектную документацию ("Предварительную оценку воздействия на окружающую среду" и "ТЭО на строительство объектов ПБР"), представленную на экологическую экспертизу.
31 октября этого года в Астане состоялось заседание Экспертного совета государственной экологической экспертизы по данному проекту. К сожалению, местные экологи не смогли принять в нем участия из-за того, что информация из МООС поступила поздно. Но, как стало известно из неофициальных источников, на этом заседании проект вновь не получил одобрения. Честно сказать, мы немало удивились тому, как ТШО в столь сжатые сроки успел доработать столь серьезный проект и вновь представить его на экспертизу. Как сообщили участники Совета, презентация нефтяной компании была откровенно слабой.
Напомним, среди недоработок по ПБР, отмеченных госэкспертами, – отсутствие альтернативного варианта проекта; недооценка сейсмичности района (по проекту всего 5 баллов), в том числе вероятности землетрясений техногенного характера; возможное негативное влияние объектов ПБР на акваторию Каспийского моря; отсутствие оценки воздействия морского транзита крупногабаритных грузов и модулей на заповедную часть Каспийского моря.