Казинформ, 29 мая

Мир встревожен серией крупных землетрясений: в Алжире, Японии, Казахстане, немногим раньше в Китае, Турции и других странах. Что же происходит, не усматривают ли сейсмологи каких-то глобальных изменений, представляющих угрозу человечеству? С таким вопросом корреспондент Казахского информационного агентства обратился в Институт сейсмологии Национальной академии наук.

В настоящее время нам буквально не дают работать своими запросами представители общественности и органов власти, сказал заместитель директора института Аскар Оспанов. Обидно, что бум интереса вскоре спадет, и о нас снова забудут, чиновники не вспомнят про обещания помочь науке. Во всяком случае, так было.

Но если говорить о нынешней ситуации, то мы не связываем подземные бури в мире с нашим регионом, здесь нет никакого влияния и связи. Мы переживаем обычную сейсмическую активность.

- Но ведь столько разрушений за короткий период!

- И все же нет повода для паники, особенно это я говорю представителям СМИ. В недрах Земли идут постоянные процессы. Сейсмологи фиксируют ежегодно около 120 сильных всплесков земной коры.

- Да люди не слышали даже о двух десятках в год.

- Около 90 процентов сильных землетрясений приборы фиксируют на дне мирового океана и в безлюдных районах, о них знают только исследователи недр. В настоящее время удары стихии пришлись в основном на густонаселенные районы, вот и поднялась волна тревоги.

Что касается Алматинского региона, то он считается одним из наиболее сейсмически опасных в Центральной Азии. Напомню исторические данные. Разрушительные землетрясения силой 9-11 баллов произошли в 1885 году - Беловодское, в 1887 году - Верненское, в 1889 году - Чиликское, в 1911 году Кийминское. Затем процессы поутихли. Ученые усматривают здесь пульсирующую закономерность. После сейсмической активности в 20-25 лет в нашем регионе наступает относительное затишье продолжительностью в 80-100 лет. За этот период напряжение в земной коре накапливается и, по нашим долгосрочным прогнозам, готово вырваться на поверхность в течение ближайших 10-15 лет. Мы не утверждаем, что сильные землетрясения в этот период произойдут обязательно, но вероятность велика, больше склоняемся к версии, что они проявят себя.

- А каков средне- и краткосрочный прогноз?

- В начале года мы давали благоприятный прогноз на первое полугодие, и сейчас от него не отказываемся. Готовим прогноз на второе полугодие с учетом последних данных. По нашему предварительному заключению, Жамбылское землетрясение не сняло напряжение земной коры вокруг Алматы, хотя этот аспект требует дополнительного изучения. Выявлены три наиболее вероятные точки вокруг Алматы: к югу -Кейминская, к юго-западу - Кастыкская и к востоку - Чиликская. Сила всплеска возможна с магнитудой 5,5 и около 8 по балльной системе. Этот удар можно пережить без особых потерь, если хорошо подготовиться.

Коллектив института давал в акимат Алматы свои практические предложения, в том числе по составлению новой карты сейсмического районирования южной столицы и об упрочнении нескольких тысяч зданий. Была разработана специальная программа, однако укреплено около 20 зданий. Не были выполнены просьбы по оснащению лабораторным оборудованием. Вот и смотрите, чего нам надо больше бояться: землетрясений или необязательности чиновников.

Наука не стоит на месте, оборудование для исследований и методы совершенствуются, вот в сотрудничестве с японскими коллегами по проекту мониторинга сейсмической опасности мы получили современное оборудование на 1,2 млн. долларов США. И все же у нас нет возможности обеспечить хотя бы старой техникой все сейсмически активные районы. Например, в Жамбылской области, где произошло недавнее землетрясение, не было установлено ни одного прибора, поэтому и для нас стихия оказалась неожиданной. Из этого надо делать выводы не только нам, но и чиновникам от науки, администрации городов. Это очевидный факт, что наука обеспечивается финансами гораздо хуже, чем в прежние годы, когда были целевые выделения средств на содержание научной инфраструктуры. Теперь же институт выигрывает тендеры на заказные проекты, целевое использование средств на них строго контролируется, и мы не имеем права использовать их на замену оборудования или содержание зданий.

Заказные проекты не учитывают также выделения средств на подготовку краткосрочных прогнозов. Мы обращались в Агентство по чрезвычайным ситуациям: дайте нам заказ на прогноз и выделите средства, но там прогноз ждут, а помощи в его подготовке не оказывают, ссылаясь на недостаточность финансирования. В реальности выходит, что общественность бьет тревогу, а от чиновников - никакой реакции. Поэтому сейчас гораздо важнее заняться нашими внутренними проблемами, чем кивать на стихийные бедствия в других странах, сказал в заключение ученый.