Женя Чикурова, www.superstyle.ru

Я вообще деревья люблю. Они тихо и скоромно стоят себе на месте, не кричат, не бегают, не суетятся, денег не требуют, выпить не предлагают, вонючий табак не курят и дикие оргии среди ночи не устраивают. И это выгодно отличает их от людей.

Я бы даже сказала, что предпочитаю общество деревьев обществу древоподобных людей. Последние довольно часто встречаются в нашей жизни.

Например, поговоришь с человеком и сразу понимаешь, что он - дуб дубом. То есть, сильный, могучий и твердый в вере, своих убеждениях и правилах, которые выучил еще в молодости. Переубедить его - невозможно, а донести что-то новое также сложно, как на дубовой коре ножиком свои инициалы вырезать (глупое и тяжелое занятие).

Даже если убеждения дуба растут в нужную сторону - с ним невозможно общаться (а некоторые ведь с такими дубами всю жизнь живут, вот ужас-то!). А уж если мнение дуба не совпадает с вашим мнением, тут уж проще на его ветвях повеситься, или плюнуть и уйти, но с этим деревом не связываться.

В стародавние времена особо мешающий дуб можно было срубить и пустить на строительство чего-нибудь нужного. Но теперь законы хорошо охраняют дубы, особенно те, что произрастают на территории Москвы.

Из бука хорошо бы было делать паркет. Характер у него гораздо сложнее, чем у дуба. Он настолько тяжел, что даже в воде тонет. И смотрит при этом букой на того, кто пытается его спасти.

Впрочем, умная женщина справится и с дубом, и с буком. Есть особое женское искусство: плетение из дуба и изгибание бука. Там, где дровосек, плотник или столяр бросят свои инструменты и заплачут от бессилия, женщина, действуя постепенно и осторожно, добьется желаемого.

Клен кудрявый.

Сразу понятно - бабник и хулиган. То, что из себя представляет клен с человеческим лицом, можно легко представить, вспомнив стихи Сергея Есенина:

Там вон встретил вербу, там сосну приметил, Распевал им песни под метель о лете. Сам себе казался я таким же кленом, Только не опавшим, а вовсю зеленым. И, утратив скромность, одуревши в доску, Как жену чужую обнимал березку.

С кленом работать гораздо сложнее, чем с дубом или буком. Он шумный, веселый и часто не совсем трезвый. Ты его пилишь, а он шумит. Ты его целый год стыдишь, а он только осенью покраснеет. И тогда, чтобы загладить свою вину, начнет дарить пушистые ковры и короны из натуральных материалов.

Потом клен вдруг неожиданно лысеет и из бесшабашного романтика становится суровым прагматиком и скрягой.

Тополь. Акселерат.

Только что ходил пешком под стол, и вдруг, не успеешь оглянуться, как он смотрит на вас свысока (бросая заинтересованные взгляды в декольте) и говорит басом. По весне любит пускать пыль в глаза, для деликатности обложив ее пухом.

Красивый, в общем-то, парень, но весной излишне липкий, а на проверку нередко оказывается с гнильцой внутри. И при малейшем ветре норовит всплеснуть руками и плюхнуться в обморок, не хуже средневековой барышни. При падении нередко себе чего-нибудь ломает.

Городские тополя метеозависимы и потому в непогоду часто разбивают чужие машины (на свои у тополя денег не хватает). К тому же мыслями обычно витает в облаках, поэтому донести до него земные проблемы - сложно. Он будет безмятежно улыбаться и ничего для вас не сделает. Среди тополей нередко встречаются трусы.

Вяз - загадочный парень.

У нас довольно редок, встречается в основном в провинциальных городах. Вяз самолюбив, честолюбив, в тайне считает себя лучше всех, но при этом скрытен.

Даже лучший друг не знает, что у него на уме, что уж говорить о невесте или жене. Вопреки распространенному мнению, вяз - не привязчив. Возможно, в глубине души он - Штирлиц, но выяснить, на чьей он стороне не представляется возможным. Лучше всего вяз себя чувствует на берегах Туманного Альбиона. Там вязы любят, о них заботятся и не задают дурацких вопросов.

Пусть рядом с вами будет человечный мужчина, а дереву место - под окном!